— Если хочешь, чтобы она была другой, измени сначала себя. Каждый человек видит в других того, кем является сам.

Ходить, смотреть, узнавать, блуждать и в итоге найти себя. Вот что нужно сделать в Барселоне.

Бывают глаза, в которых можно утонуть, но эти же, наоборот, как лёд. О них разбираешься.

И я поцеловал её. Поцеловал так, словно завтра и правда конец света и больше нас не будет. Я забыл обо всем, что тревожило меня. Ведь все это мимолетное и не такое важное, как кажется на первый взгляд. А жить надо моментами, ведь только их мы сможем вспомнить в глубокой старости.

Я смотрел на своих лучших друзей и думал о том, что мы - очень счастливые люди. Важно ценить моменты здесь и сейчас, пока они не ускользнули. Тогда ты можешь испытать самые яркие эмоции

Не знаю, что особенного я в ней нашел. Она была такой же, как все, на девяносто девять процентов. Но сотый процент был чем-то неземным. Это нечто, что исходит изнутри, невидимое сияние, оно сверкает и стирает реальность.

— Это нормально. Плакать нормально, точно так же, как и смеяться, переживать или влюбляться. Перестань относится к чувствам как к чему-то позорному.

Природа не одарила меня интеллектом. Я читаю книги, но не становлюсь умнее. Совершаю ошибки, но не извлекаю из них уроков.

– Я урод, просто урод, [...]
– Да ладно. Ты красивая.
– Я не об этом. Внешняя красота ничего не значит. Урод — это моя душа.

Разве можно так сильно влюбиться в человека, что каждая мелочь, побывавшая у него в руках, становилась для тебя чем-то волшебным. Да, можно.

Всю жизнь ты пытался понять
То, что скрыто за гранью снов,
То, о чем обычно молчат,
Неловко смотря в пол.
Теперь сижу у цветочных садов,
Всё думаю о том сне,
И где-то бродит твоя душа,
Скитаясь в кромешной тьме.
Уже много лет прошло,
И от тебя ничего не осталось,
Лишь только мертвый цветок,
Что в последний раз оставляла.
Мне страшно от одной только мысли,
Что тебя я скоро забуду,
Что не вспомню тебя я утром,
Я сгораю от грусти в минуту.
Л. Т.

Жить надо моментами, ведь только их мы сможем вспоминать в глубокой старости.

Каждый убогий мальчик думает, что все девочки его хотят, каждая посредственная девочка считает, что она просто обязана быть моделью и актрисой в одном лице, ведь она совершенство.