Глупый август

Новые грани открываются через преломления слов под иным углом, под иным маршем букв, когда считывается заложенный смысл, ускользающий за ширму-преграду, из-под которой выглядывает хвост, резко поднятый вверх или же находящийся в покое меж разбросанных листьев, упавших с верхушек деревьев.

Любопытно наблюдать за их падением, за раскидистыми кронами, проведенными автором линиями, оставшимися на бумаге, вложенными в книгу. Дополняемые черно-белые пространства, временные рамки и петли, ворчащие внутренности - приятный тандем за чашкой кофе и разговором с «Глупым Августом», виляющим мохнатыми частями.

Вероятно, для полного погружения и ловли в сачок контекста стоит прочитать книгу Гюнтера Грасса «Луковица памяти», чтобы все точки соединились и не болтались обрывками веревок, потрепанных ветром.