Слушай, Германия! Радиообращения 1940–1945 гг

Не знаю как вам, а мне читать про крах фашистов интересно. История победы добра над злом доставляет моральное удовлетворение.

Эта книга запомнится эмоциональностью формулировок, четкостью этических оценок, прямолинейностью выводов. Многие мысли, требующие обдумывания, автор выдает уже в готовом виде. Как и другие книги этого издательства ( 1 , 2 , 3 ), она обладает психостабилизирующим эффектом.

С нынешней точки зрения пламенные речи Томаса Манна были бесполезными. Тем, кто слушал заграничные передачи, была важна независимая информация, их не устраивала официальная госпропаганда, их не нужно было переубеждать. А те, кого Томас Манн пытался переубедить, передачи ВВС не слушали.

Искренние и наивные попытки повлиять на своих свихнувшихся соотечественников, полная безуспешность этих попыток, отчаяние от своей беспомощности – все это есть в этой книге. Даже без привязки к драматическим событиям того времени, читать это общение с пустотой очень интересно.

Отдельное спасибо издателям за приложение - послевоенные взаимные претензии релокантов и не-уехавших очень отрезвляют.

Довольно интересный сборник «речей к немецкой нации»,передаваемых во время войны союзниками по радио. Томас Манн – весьма противоречиваяфигура. К примеру, довольно интересно сравнить тексты этого сборника, где авторосуждает войну, с книгой «Размышления аполитичного». Во время первой мировойМанн ту войну поддерживал, он выступал как рьяный патриот, резко критикуявоенных противников Рейха, Францию, в первую очередь. Во время ВМВ все былонаоборот, хотя, конечно, режим нацистов был более жесток, чем кайзеровский, нотрупов то немцы в мировых войнах оставили изрядно! Потом нобелевский лауреат,так сказать, «сменил вехи», перешел изконсервативного лагеря в либеральный, мб,перед лицом угрозы «коричневой чумы».

По стилютексты Томаса Манна хороши. В его скучных романах весьма раздражаетмногословие, но здесь формат диктовал лаконичность. Что до содержания и «резонанса»,то надо сказать, что эти речи имели прежде всего моральное и историческоезначение для самого писателя. Возможно, кто-то в Германии, рискуя и ободрялсяэтими речами, но практического эффекта они не имели. Призывы Манна к «демократическойреволюции» против гитлеровского режима были утопичны и носили хараетр военнойпропаганды. Народ, попав в заложники к тоталитарному режиму, не может сам свергнутьмерзавцев. И дело тут не только в гестапо и геббельсе. Хуже всего то, что унаселения развивается нечто вроде «стокгольмского синдрома» - он чувствует себя со своими палачами и угнетателями водной лодке. Впрочем, это замечал и отмечал и сам Манн. От фашизма можно освободитьсяили в результате сокрушительного военного поражения и посредством оккупации (как немцы, японцы иитальянцы), или же после мук нескольких десятилетий и смены поколений (какиберийцы). Подпольщики и эмигранты играют ничтожную роль, хотя потом имеют шансвойти в учебники или стать героями хвалебных книг: вот, де среди офашизевшего изапуганного стада нашлись люди с совестью и мужеством, которые спасли совестьнации! Но это всё потом.

«Потом» былиспоры о возвращении Манна на родину. Его упрекали за отказ приехать (приводятсяпримеры писем и статей). Это сложный вопрос. Прежде чем вернуться, недо ещесуметь эмигрировать. У Манна и некоторых других такая возможность была деньги,языки, зарубежные связи и известность и т.д.). Кто-то сделал другой выбор. Новедь большинство такого выбора просто не имели: «простому человеку» - «кудыбечь?» Да и для многих «непростых» чаще всего осталась лишь «внутренняяэмиграция», так что Манн зря их осуждает. Но, разумеется, политическиеобстоятельства часто переплетаются с личными. Вот, у того же Манна были дети(целое лгбтсообщество), они уехали. Но если взять наиболее известного из них Клауса, талантливого писателя,рвавшегося выйти из тени знаменитого отца, чей роман «Мефесто» прославил И.Сабов известной экранизации) – для Манна-младшего – каков был главный враг: нацистыили наркотики? И почему он покончил самоубийством уже после победы над третьимрейхом?..

Всё таксложно, всё так запутанно, но разбираться придется...

Книги Томаса Манна люблю нежно. Началось все с "Будденброков", а потом понеслась: "Доктор Фаустус", "Волшебная гора", множество рассказов. Оставила себе "Избранника" и "Иосифа и его братьев" на будущее. А то как же это сразу все прочитаю и ничего не останется.

Когда в нашем книжном клубе мы распределяли книги из "Просветителя", мой выбор был очевиден Томас Манн "Слушай, Германия! Радиообращения 1940–1945 гг".  Я знала о судьбе Манна, о том, как менялись его политические взгляды, вынужденной эмиграции. И ожидала прочесть что-то поддерживающее в темные времена. Ведь речи, напечатанные в этом сборнике - как раз для таких времен. И вступительное слово от редактора обещало сочувствие и понимание со стороны великого немецкого писателя.

Да, я нашла слова вроде "мир хорошо, а война плохо". Но в основном все его речи построены вокруг идеи коллективной ответственности.

«Вина ли в этом немецкого народа,увидевшего в кровавом выскочке спасителя? Давайте не говорить о вине <...> Ноответственность — это нечто иное, чем вина. Ответственнымы все зато, что вышло из немецкой сущности и было исторически содеяно Германией вцелом».

Он не испытывает сочувствия к тем, кто его слушает. Их города сметают с лица земли, а он говорит:

«Расплата еще только началась — она движется через Ла Манш, онапроисходит в России. И то, что Королевские воздушные силы устраивали до сегодня в Кёльне, Дюссельдорфе, Эссене, Гамбурге и других городах, только начало<...> Но я думаю о Ковентри — и мне нечего возразить на то, что за все надо платить. Будет все больше любекцев, гамбургцев, кёльнцев и дюссельдорфцев, у которых не найдется на этовозражений, и им, когда они заслышат над головой гул R. A. F., останетсяпожелать себе удачи».

Сомневаюсь, что люди, слушающие иностранное радио (за что могли не просто посадить, а казнить), хотели услышать про то, что они плохие и должны молча умирать.

Книга заканчивается не на речах, а на переписке Манна с соотечественниками-писателями. Последние просили Манна вернуться на родину. На что он ответил:

Сам я, тоже прочно уже осевший на этой земле и почетными узами связанный сВашингтоном и главными университетами Штатов, присвоившими мне свои honorary degrees, построил себе на этомвеликолепном побережье, чей климат полезен моему возрасту и где все дышитбудущим, дом, под защитой которого хотел бы довести до конца труд моей жизни ватмосфере могущества, разума, изобилия и мира, благодарный за каждый новый солнечный день, за всякую игру сияющих красок вокруг меня. Скажу прямо, я не вижу причин,почему бы мне не насладиться выгодами моего странного жребия после того, как явыпил до дна содержавшуюся в нем горечь.

Ну ок, дедушка старенький. Зачем ему с Калифорнийского побережья ехать в разрушенную страну, которая ранее от него отказалась.

Но дальше он добавляет:

«Да, за все эти годы Германия стала мне все-таки довольно чужой: это,согласитесь, страна, способная вызывать опасения. Я не скрываю, что боюсьнемецких руин — каменных и человеческих. И я боюсь, что тому, кто пережил этотшабаш ведьм на чужбине, и вам,которые плясали под дудку дьявола, понять друг друга будет не так-то легко»

Ему все равно, почему люди оставались там, чем они занимались во время войны. Остались - значит "плясали под дудку дьявола". Конец

Могу порекомендовать эту книгу, только отчаянным любителям Томаса Манна. Что бы узнать его как публициста. Всем остальным  - почитайте лучше "Будденброков"