Джейн Эйр

тот, кого ведут на эшафот через прекрасный парк, думает не о цветах, улыбающихся ему со всех сторон, но о плахе и точенном топоре, рассечении жил и костей, о могиле, зияющией в конце пути.

а глаза, подробные глазам мисс Скэтчерд, способны видеть лишь эти крохотные несовершенства, а не полноту сияния!

...мое сердце было подобно склепу, теперь оно будет алтарем.

Я вообще не люблю подолгу гулять зимой, особенно под вечер. 

Если ветер или дождик способны помешать мне выполнить столь лёгкую задачу, то могу ли я считать себя готовым для той цели, которую себе поставил?

Хотел бы я, Джейн, больше подходить ей наружностью. Скажите, раз уж вы фея, не найдется ли у вас талисмана, или зелья, или еще чего-то, что превратит меня в красавца?
– Магия тут бессильна, сэр, – ответила я и мысленно добавила: «Любящий взгляд могущественнее любого талисмана. Для него вы уже красавец, а вернее, ваш суровый облик не нуждается в красоте, он выше нее».

Мы родились, что терпеть и страдать...

- Элен, Элен, как ты можешь сидеть с девочкой, которую все считают лгуньей?

• Неправда, Джен! Только восемьдесят человек слышали, что тебя так назвали. А в мире сотни миллионов людей.
• Но какое мне дело до миллионов? Те восемьдесят, которых я знаю, презирают меня.
• Джен, ты, право же, ошибаешься: наверное, никто в нашей школе не презирает и не ненавидит тебя; наоборот, я уверена, что многие тебя очень жалеют.

Удастся ли мне когда-нибудь подняться?
"Никогда!" - решила я и страстно пожелала себе смерти.

Каждый грешник грешит по-своему.