Академия смертельных искусств

При каждом нажатии клавиш очертание вздутых крупных вен на кистях и предплечьях становилось более явным. Голос стал громче, нарастал раскатистым громом. Каждое слово, каждая нота, каждый звук были похожи на прикосновения, которые вызвали лишь одно желание: слушать затаив дыхание.

— В отношениях нет логики, Цветочек, — с усмешкой пролепетал Игорь и передал другу лук, а после выбрал ещё один для себя. — Сплошные эмоции, условности, страхи и другие бесконечные загоны.

- Это мой способ выжить, — Даниил глубоко вздохнул. — Чужие секреты открывают пути к отступлению или, наоборот, позволяют пробиться вперед.
- Чужие секреты, Даниил, - лишь бремя. — Морозов опустил взгляд на обложку тетради и тихо повторил: - Тяжелое, практически неподъемное бремя.

Были случаи, когда он раскаивался в своих поступках - как с Василевской, - но его раскаивание было временным. То состояние, в которое он попал из-за Сони, не было вызвано угрызениями совести или искренней любовью. Это не следствие обстоятельств, а результат его собственных действий. Игорь был напуган и сломлен, как карточный домик.

Она принимала решение из необходимости и не думала о том, что выбор соседки по комнате не соответствовал ее интересам. Но верила, что находиться в компании незнакомых людей намного проще, если рядом есть тот, кто тебе близок, пусть и условно.

— Он сказал, что любовь не должна быть сложной.
— Вот как, — прошептал Игорь и отвел взгляд. — Тогда любые отношения бессмысленны. Они всегда слишком сложные.

Ревность – мощный катализатор. Она подминает любовь и доверие под себя, слепо руководит поступками человека, превращая его в безвольную куклу.

Нельзя добиться взаимности, навязывая себя, взгромождая на чужие плечи ответственность за свои чувства

Время не лечит, но учит. Время не лечит, но глушит память