Записки зі страти

It was a comfort to know that once, you were little enough to be cradled. Once, there was only wheatgrass and wonder, the earth turning ordinary beneath the train of your spine.

What a disappointment. She had finally solved this epic mystery—touched the place where Ansel’s hurt has congealed—only to find his pain looked just like everyone else’s. The difference lay in what he chose to do with it.

It was envy, she realized, as the wind rippled the trees, miniature in the distance. It took a certain privilege to invite a man like Ansel into your world. To trust so freely. In the entirety of her life, Saffy had never once felt that sort of safety.

Saffy could not fathom the purpose of truth, if she could not trust it to prevail.

But Saffy knew about catastrophe. It was arbitrary. A thing that descended from nowhere, pointed a bony finger, and smirked. As if to say: I choose you.

«Ты — отпечаток пальца»

Есть миллионы мужчин, которые хотят причинить боль женщинам, — люди, похоже, считают Анселя Пэкера необыкновенным, потому что он действительно это сделал.

Есть добро и есть зло, и противоречие живет в каждом. Добро – это просто то, о чем стоит помнить. Добро – вот в чем смысл всего этого.

Плохие люди тоже чувствуют боль.

Ты плачешь до тех пор, пока не перестаешь быть собой, пока рыдания не овладевают твоим телом и милосердно не превращают тебя в кого-то, в кого угодно другого