Безмолвный Крик

Психиатры говорят, сексуальная патология. Одержимость. Мол, я – избранница самого тестостеронового, самого опасного мужика из всех. Он – мой хищник, мой любимый монстр. Он почти бог. Он легко отнимает жизни у других, но меня не трогает. Синдром Бонни и Клайда. Женщины от этого балдеют.

Думаешь, что я убийца? – иронично спросил Вик, сжимая в руке черенок от метлы. – П-побойся бога, Лесли, не шути так.

– Всё самое плохое уже случилось, – рассудил он вслух и швырнул Юджина на землю, – с ней случился я...

Я постепенно поддавалась ему, запуганная до такой степени, что начала его желать. Чёртова, чёртова виктимность. Но стокгольмский синдром не зря зовут также синдромом здравого смысла и синдромом выживания заложника. Я хотела выжить любой ценой, хочу и сейчас. И тело помогало мне. Оно хотело того, кого боялся и гнал прочь мой разум.

- С тобой невозможно долго грустить.
- И не нужно. Жизнь и так подкидывает поводы для печали с завидной регулярностью.
- Будешь говорить про всю эту ерунду с лимонами и лимонадом?
- Нет, конечно.  Я просто советую не сажать лимоны.

Иногда малейшее замешательство предопределяет ход вещей.  Иногда секунда имеет значение,  а любое колебание приводит к дальнейшим последствиям.