Дурман в лунном свете

Прихватив пустой флакончик, Манси устремилась на кухню. До полнолуния оставалось четыре часа. Ей как раз хватит времени, чтобы приготовить поесть и прибраться слегка.

Достав из холодильника вино и маслины, она в миске перемешала дрожжи с сахаром и добавила теплой воды, буквально чуть-чуть, чтобы консистенция достигла состояния однородной пасты. Просыпала сквозь мелкое сито несколько стаканов муки и снова перемешала. Дальше в ход пошло вино и оливковое масло, после добавления которых тесто следовало накрыть и оставить на час в покое. И пока то поднималось, Манси неторопливо нарезала маслины, а потом и вовсе переключилась на готовку основного блюда. Сегодня ей захотелось чего-то простого и быстрого: миниатюрные кочанчики капусты, ошпаренные куриным бульоном и обжаренные с беконом, чесноком, крупными кусками пекана и щепоткой мускатного ореха, идеально укладывались в этот запрос.

Он прикрыл глаза и опустил голову на край подушки, после чего насмешливо произнёс:

— Обещаю, я не буду к тебе приставать. Да и скоро рассвет.

— Да причём тут вы? — возмутилась Манси и ткнула в себя большим пальцем. — А вдруг я буду? Я вот за себя вообще не ручаюсь.

Томно глянув на неё из-под густых ресниц, детектив Оккели так обаятельно улыбнулся, что у неё сердце пропустило лишний удар. Да он хуже демона-искусителя. Красивый, клыкастый и дико сексуальный.

— Хватит меня соблазнять!.. — ещё больше возмутилась она и легла к нему спиной, стараясь не обращать внимания на участившийся пульс и жар, растекающийся по щекам. Скоро её отпустит. Надо всего-то подождать минуту-другую.

— Ведьма, надеюсь, ты осознаёшь, что открыла врата в бездну, — тихо усмехнулся он и медленно облизал губы, заставив её почувствовать волнительную щекотку в районе сердца. —Сможешь справиться с последствиями?

— Смогу иль нет — покажет время. Я верю в судьбу: что у каждой травинки есть душа; что любая встреча не случайна. Может, наши души в прошлых жизнях были связаны одной линией судьбы.

— Во что ты только ни веришь... Но зачем травинке душа?

— Чтобы радоваться касанию солнышка и печалиться от безжалостных ударов дождя. Чтобы иметь силы восстать для помощи крохотной букашке, мечтающей взглянуть на безоблачное небо, а в конце оказаться съеденной коровой.

— Какая у неё грустная судьба.

— Почему грустная? У всего в природе есть начало и конец. Умирать так же естественно, как и рождаться.

Они даже из микроавтобуса выйти не успели, как обеспокоенные родители похищенных детей рванули по прямой к заводу. За ними следом устремились Донна и Рик с чуть менее встревоженными лицами. Выбравшиеся в числе последних старший детектив Грос и капитан Бак молча закурили по сигарете и, никуда не спеша, зашагали все в том же направлении. А со стороны завода уже во всю раздавались взрывы и истошные крики.

– Разве так и должно быть? – поинтересовалась Манси, смотря на откровенно ошалевших от такого поворота событий элитных бойцов, мимо которых они проходили.

–Конечно, нет, – брезгливо процедил детектив Гуэрра. – Это проявление полного отсутствия субординации и дисциплины.

– Обычный стиль Особого отдела, – усмехнулся Аллен, а уже в следующую секунду скривился от надрывного ора под ухом руководителя нацгвардии, костерящего как их отдел, как и всё министерство внутренних дел. – Чего ты развизжался? – Он с фальшивой улыбкой протянул руку и постучал пальцем тому по каске. – Тебе что-ли шапочка жмёт? Помочь снять?

И, не дожидаясь ответа, заставил всю рассыпаться черной пылью по широким плечам застывшего в немом оцепенении мужчины. На макушке осталась небольшая горка, но и её слизнул порыв ледяного ветра, оголив сверкающую в закатном солнце лысину.

– Отлично закрепил результат, – бесстрастно подытожил детектив Гуэрра с таким видом, словно давно потерял последние крохи надежды что-либо изменить.