– А девчонка-то сладенькая, – говорит кто-то из команды. Я даже не понимаю кто, так злость сразу все звуки заглушает. Бросаю взгляд в толпу, психую. Сам виноват, что при всех видео включил, но не повод же так наглеть! – Воу-воу, Саня, дыши. Я про мед.
– Дружат они, – ржет Коваль. – Таким взглядом не дружат.
– Отвалите, – отмахиваюсь и быстро одеваюсь. Мне надо Лену выручать! Она у меня там… Сладенькая вся, да.
Выхожу из раздевалки, иду по коридору, как Влад ловит меня за локоть.
– Сань, погоди. Я серьезно. Вы вместе?
– Я же сказал, нет. А что?
– Но она тебе нравится, – не спрашивает, утверждает. Но я не отвечаю. В целом ему ответ и не требуется. – Мне… кажется, тоже

– Лен, осторожнее на улице, там ужасно скользко, – говорит мама. Я на льду не умею держаться вообще, такого таланта у меня нет. Только встаю – сразу ноги разъезжаются.
– Я осторожно, – киваю и выхожу из квартиры.
Моего «осторожно» хватает ровно до выхода из подъезда, я падаю сразу же, как только касаюсь льда носком своих ботинок. Больно! Люблю зиму, но лед… Это же невыносимо. Надо как-нибудь с ним совладать, вдруг мне придется играть в фильме звезду фигурного катания? А я не хочу играть с дублерами, я должна уметь все сама!
С трудом, тремя падениями и отбитым напрочь копчиком я наконец-то дохожу до своей театральной студии. Я твердо намерена стать актрисой, и ничто не помешает мне на этом пути, даже десятки синяков, которые расцветут на мне вечером…

Бегу. Почти лечу! Черт возьми, у меня же экзамен в актерском! Я до утра учила текст для выступления и, видимо, поэтому проспала. Как я могла забыть? Почему не слышала будильник? Как вообще так вышло, что я едва очнулась, а уже опаздываю?
Быстро выдавливаю пасту на щетку, одной рукой чищу зубы, другой расплетаю закрученные вчера бигуди. Мне срочно нужны еще четыре руки! А лучше шесть. И суперсила какая-нибудь, чтобы за секунду в любую точку мира была возможность перемещаться.
Открываю кран… воды нет