Любовь

Листва вела себя, как всякая листва, взволнованная ветром.

Она шла, встречаемая овацией листвы.

Внимание его, помимо его желания, наполнилось совершенно неинтересным для него содержанием.

Архитектура летания птиц, мух, жуков была призрачна, но можно было уловить кое-какой пунктир, очерк арок, мостов башен, террас — некий быстро перемещающийся и ежесекундно деформирующийся город.

Леля подошла. В руке она держала кулек с абрикосами. Другую руку она протянула ему. Мир стремительно изменился.

• Отчего ты морщишься? - спросила она.
• Я, кажется, в очках.

Идите покушайте синих груш