The Last House on Needless Street

Так или иначе, но в жизни есть один фокус: если происходящее тебе не нравится, ложись спать и не просыпайся, пока все не прекратится.

Если на свете и есть что-нибудь лучше кошки в кровати, мне об этом ничего не известно.

Мысли - это дверь, через которую приходят мертвецы.

Реакция организма на страх очень похожа на влюблённость.

Дети подобны цепям на сердце или шее, которые тянут тебя в разные стороны.

Если на свете и есть что-нибудь лучше кошки в кровати, мне об этом ничего не известно.

– Идиот! – в ярости восклицаю я. – Мне казалось, что из нас двоих придурок я, а оказалось – ты.

Я подумала, что, может, попала в ад, о котором нас предупреждали в воскресной школе. Однако в аду полагалось полыхать огню, а там, где довелось оказаться мне, было влажно и холодно – холод пробирал меня до мозга костей.

Улыбка у него какая-то скрипучая и кривобокая, словно в последний раз он пользовался ею давным-давно.

Мысли - это дверь, через которую приходят мертвецы.

Убивать живых существ, конечно же, трудно, но вот заботиться о них, чтобы они могли жить и быть в безопасности, гораздо труднее. Уж кто-кто, а я точно это знаю.

Истина увертлива, как ртуть, – всегда найдет способ выскользнуть.

...разум очень хитер и, когда жизнь становится слишком уж невыносимой, умеет подсовывать версии, которые ты в состоянии принять.

Страх не приходит извне - он растёт внутри, тихо, пока не заглушит всё остальное.

Дом помнит всё, даже то, чего никто не видел.

Некоторые воспоминания не стираются - они прячутся, как крысы в углах дома.

Люди видят то, что хотят видеть, и слышат то, что готовы услышать.

Тишина может быть громче крика, если знаешь, куда слушать.

Мужчина примерно 27 лет, в браке не состоит.
Безработный или же занят ручным трудом.
Скорее всего, привлекался за насильственные преступления.

Истории прячутся друг в дружке, как матрёшки, их отголоски перекликаются эхом. А началось все с неё – с Девочки с фруктовым мороженым.