Цитаты из книги Шлейф сандала

- Прошу вас, ничего не говорите Давиду! Умоляю! – взмолилась я, с надеждой глядя на друга Давида. – Не выдавайте меня!

• Обещаю, - все еще находясь в растерянности, сказал Мамука. – Господи, дай силы Давиду выдержать эту женщину…
• Он настоящий мужчина. Справится, - тихо засмеялась я и нырнула в окно.

Удача сама не приходит: ее работа за руку приводит.

Панталон красоты! Мегера Милосская!

Перед глазами промелькнула картина, как разбойник поворачивается ко мне с ножом, а я такая: «Куликовская битва в таком-то году! Отмена крепостного права в таком! Дольше всех Россией правил царь Иван Грозный – пятьдесят лет и сто пять дней. Ха! Умри, несчастный!».

Валерка Пяточкин просто боялся меня, поэтому таскался за мной с унылым лицом. И когда я заявила, что расстаюсь с ним, напился до чертиков, его искали всей деревней и нашли в кустах, спящего со счастливой улыбкой на лице.

Я вам так скажу, ежели вы вдруг замуж захотите, так при кавалерах нужно поскромнее откушивать. Вот посмотрит какой жених, как вы поросят уплетаете, да решит, что невыгодно такую жену в дом брать. Подумает, непроста девка, аки хороший жернов: что ни кинь, все смелет…

• Так она его еще и отлупит, ежели возмущаться станет, - подала голос Прасковья. – Будет с разъюшеным носом каждую субботу ходить.

Мне уже начинало казаться, что меня забросили в этот мир, чтобы я избивала его жителей. Эдакая неуловимая мстительница.

- Несть. Печень отварную, говядинку... курочку. Рыбу обязательно. Запомнила? – я вопросительно взглянула на нее, и она медленно кивнула. – Хорошо. Овощей побольше. Клетчатку кушать полезно.

- Что кушать полезно? – Акулина подалась ко мне всем телом. – Клучатку? Это еще что за зверь?

...

- Это ж надобно, так маковкой полыснуться... Клучатку ей подавай... Где этих клучаток взять-то? Как кура, что ли? Или чего другое, заграничное?

- Как это, не надо? – изумилась служанка. – Да что ж вы, с куевженной головушкой пойдете?

...

- Вы бы не куёвдались, Ольга Дмитриевна! Заплохеет, что тогда?! – служанка бросилась ко мне и принялась подсовывать под спину подушки. – Два дня как в огне горели! Думали уж все, преставитесь к сегодняшнему вечеру!

...

- Здесь он! В крапиве закуёвдился!

И вот тут началось… Кавказские комплименты выплескивались, будто из рога изобилия. Причем их креативность зашкаливала. «Сэрдцэ в осколки, инфаркт от тебя принял!», «Нэ-эт, ты не чудо, а чудэса на виражах!», «Нефертити с конкрэтной такой буквы», «Афродита рядом с тобой кальян не нюхала!».

Он не выпрашивал моего внимания, не уговаривал сходить на свидание, просто прямо сказал, как будут развиваться события. Махмуд обезоружил меня. Я в первый раз в жизни почувствовала себя женщиной.

О как! Я смотрела на него с восхищением. Нет, все-таки мужчины прошлого отличались от современных парней. Махмуд бы сказал: «Э-э-э-э! Детка, ты чо без меня этих фуцинов выстегнула? Вай, молодец! Как сама, норм?».

- С вами все в порядке? – спросил незнакомец с легким акцентом, почему-то глядя на мои ноги. – Вы не ранены?

Ранена. Тобой и прямо в сердце.

Усы топором, борода колом, глаза аки ножи: падай да дрожи! Такая компания собралась, скажу я вам! Ух-х!

- Ишь, как запела! Прошу вас... Батюшка... – Василий Гаврилович схватил ее за руку. – Разве я жалел для тебя что-то? Хоть раз обидел чем? Вот как отплатила за доброту мою? Правду люди говорят: и от доброго отца родится бешена овца!

Поломанные уши придут по ваши души!

С маленького дерева ягоду берут, а под большое по нужде садятся!