Цитаты из книги Amsterdam

Он растворяется; он просто сумма всех людей, которые его выслушивают, а когда он один,его просто нет. Когда он в одиночестве искал мысль, оказывалось что думать некому.

«сам не понимал того, как искажается и окрашивается прошлое, видимое сквозь призму скверного настроения.»

Когда будет написана исчерпывающая история западной музыки ХХ века, триумфаторами окажутся джаз, блюз, рок и постоянно обновляющаяся традиция народной музыки.

Письмо, отправленное в ярости, лишь вкладывает оружие в руки твоего врага.

Долгие поездки по железной дороге он любил за успокаивающий ритм, который они сообщали его мыслям.

В мире обычный бедлам: рыбы меняют пол, британский настольный теннис в упадке, а в Голландии нечистоплотные типы с дипломами медиков берутся законным образом устранять неудобных престарелых родителей. Как интересно. Нужна всего-навсего родительская подпись в двух местах да несколько тысяч долларов.

У вас душа шантажиста и моральные принципы блохи.

Есть кое-что поважнее симфоний.Это кое-что - люди.

… на губах его стыла забытая улыбка.

По-моему, нет смысла пригвождать людей к словам, произнесенным в ту пору, когда они были опрометчивыми студентами.

Годы и успехи сузили его жизнь и сфокусировали на высшей цели; затворником он еще не стал, но от общения с людьми уклонялся.

Когда, наконец, он устремил взгляд в окно, им овладела привычная мизантропия, и в проплывавшем мимо застроенном ландшафте он не увидел ничего, кроме уродства и бессмысленной активности.

Кстати было вспомнить также, что его состояние, его издательская "империя" зиждется на энергичной эксплуатации недоумков: тайные цифровые шифры в Библии предсказывают будущее, инков окликали из космоса, Святой Грааль, Ковчег завета, Второе пришествие, Третий глаз, Седьмая печать, Гитлер жив и здравствует в Перу.

Чтоб она не ушла, он женился на ней, и теперь она с ним, как репей

За несколько лет Клайв промчался сквозь два бездетных брака без особых повреждений

«Мне не нужны портреты с достоинством, даже в некрологах»

- Ужасные похороны. - Даже выпить не дали. - Бедная Молли.

Он не сомневался в возвышенности призвания - но дурные замашки не являются его частью. Возможно, в каждом веке для кого-то можно сделать исключение; для Бетховена - да; для Дилана Томаса - определенно нет.

Наконец-то Джордж ею завладел - когда она уже не узнавала свое лицо в зеркале. С романами её он ничего не мог поделать, но в финале она стала целиком его.

Письмо, отправелнное в ярости, лишь вкладывает оружие в руки твоего врага. Яд в сохраненной форме, который используют против тебя в сколь угодно отдаленном будущем.