Цитаты из книги Once Minutos

Любовь – сродни плотине: если оставить хоть крохотную дырочку, куда может проникнуть струйка воды, то вскоре под напором ее рухнут стены, и придет мгновение, когда никому не под силу будет сдержать силу потока. Если же рухнут стены, любовь завладеет всем и надо всем возобладает: ей безразлично, что возможно, а что - нет, ей дела нет до того, по силам нам удержать любимого рядом, любовь - неуправляема. Любовь – это сплошные ловушки и капканы. Когда она хочет дать знать о себе, то показывает лишь свой свет, а порождаемые им тени – скрывает и прячет. Любовь – это наркотик. Поначалу возникает эйфория, легкость, чувство полного растворения. На следующий день тебе хочется еще. Ты пока не успел втянуться, но, хоть ощущения тебе нравятся, ты уверен, что сможешь в любой момент обойтись без них. Ты думаешь о любимом существе две минуты и на три часа забываешь о нем. Но постепенно ты привыкаешь к нему и попадаешь в полную зависимость. И тогда ты думаешь о нем три часа и забываешь на две минуты. Если его нет рядом, ты испытываешь тоже, что и наркоман, лишь очередной порцией зелья. И в такие минуты, как наркоман, который ради дозы способен пойти на грабеж, на убийство и на любое унижение, ты готов на все ради любви. Любовь – всегда нова. Не имеет значения, сколько раз в твоей жизни встретится любовь – один, два, три. Всякий раз мы оказываемся перед неведомым и неизведанным. Любовь может вознести нас на небеса, может низвергнуть в преисподнюю, но на прежнем месте не оставит. Любовь нельзя отвергнуть, ибо это – пища нашего бытия. Откажемся от нее – умрем с голоду, глядя на отягощенные плодами ветви древа жизни и не решаясь сорвать эти плоды, хотя вот они – только руку протяни. Надо искать любовь, где бы ты не находился, пусть даже поиски эти означают часы, дни, недели разочарования и печали. Все дело в том, что, когда мы отправляемся на поиски любви, любовь движется нам навстречу.

При начале времен мужчины и женщины были сотворены не такими, каковы они теперь, - это было существо единое, но с двуми лицами, глядевшими в разные стороны. Одно туловище, одна шея, но четыре руки и четыре ноги и признаки обоих полов. Они словно срослись спинами. Однако ревнивые греческие боги заметили, что благодаря четырем рукам это существо работает больше, а два лица, глядящие в разные стороны, позволяют ему всегда быть настороже, так что врасплох его не застанешь, а на четырех ногах можно и долго стоять, и далеко уйти. Но самое опасное - будучи двуполым, ни в ком оно не нуждалось, чтобы производить себе подобных. И Зевс, верховный олимпийский бог, сказал тогда: "Я знаю, как поступить, чтобы эти смертные грехи потеряли свою силу". И ударом молнии рассек существо надвое, создав мужчину и женщину. Таким образом народонаселение земли сильно увеличилось, но при этом ослабело и растерялось - отныне каждый должен был отыскивать свою потерянную половину и, соединяясь с ней, возвращать себе прежнюю силу, и способность избегать измены, и свойство работать долго, и шагать без устали. И это-то вот соединение, когда два тела сливаются в одно, мы и называем сексом <...> Так считал древнегреческий философ Платон.