Мы ведь все приматы, в конце концов. Мы любим прикасаться; мы любим ощупывать предметы. Ничто не реально, пока ты не можешь до него дотронуться.

Пролог терпелив. Ему частенько говорили, что в нём нет совершенно никакой необходимости, он всего лишь нарост на истории, который мудрый доктор должен срезать.

Это бестиарий гротеска.
Это комната ужасов эпохи Якова Первого.
Это бордель живых мертвецов.
Это так красиво.

Ничего - только это и случается всякий раз.

Творческие люди на самом деле не беседуют. Они просто ждут своей очереди, чтобы рассказать историю.

Послушай,- говорят призраки,- она была обречена с самого начала. Ты смотрел, как она умирает. Она начала исчезать сразу же после рождения. Лишь ради того, чтобы уйти от тебя. Никто бы не выбрался из такой передряги живым. Как выбираться, когда на тебя взвалили акты с первого по пятый? Если уж у Гамлета не вышло, разве могла она на что-то надеяться?

Вы же знаете, как оно бывает с этими списками. Они делаются все длиннее и длиннее, и последние пункты с тем же успехом уже можно выбить на собственной могильной плите.

Помой посуду. 

Забери платье из химчистки.

Подпиши контракт.

Исчезни.

Срань господня, забыла: заведи детей.

Он никогда не возражал, если я по неделе не снимала пижаму и не расчесывала волосы. Для мужчины это хорошее качество.

Я издал горлом звук, который можно было истолковать как согласие, опровержение, изумление, отвращение или сочувствие - я совершенствовал этот звук. Я считал его жизненно важным, ибо у меня редко возникает желание сказать собеседнику что-то такое, что нельзя заменить хмыканьем, прозвучавшим в нужный момент.

Дверь открылась, и наружу скользнули длинные, длинные ноги. По таким ногам впору совершать паломничество.

Плутон — конец всего. Ущелье Последней Надежды. Для меня это равнозначно дому.

Плутон — слишком безумное место для метафор. То, что там есть, может быть лишь таким, какое оно есть: этот мир ушёл далеко и разлагался уже при рождении, он затерялся в неизмеримых приливах тех чёрных рек, так далеко от Солнца, сердца нашего, что сделался в самом буквальном смысле местом бреда и распада.

На Плутоне нет никого, кроме магов, американцев и безумцев

Я не ложился спать, был небрит, немыт, нездоров, в значительной степени нетрезв, и таким образом достиг всех целей в жизни.

- В том месте, которое я тебе показываю, жить можно только на Земле.

• Ох...О Господи. Какое ужасное, одинокое место. Ни бизонов, ни Энки, плывущего в океане, ни цирков на Сатурне, ни кино на Луне. Как может мир быть таким? Как они могут в нем жить?

Но собственные мечты всегда кажутся особенными, до жути своими, пока не вырастаешь и не понимаешь, что у всех остальных они точно такие же.

Никто не прислушается ни к единому твоему слову, если ты не породишь какую-нибудь Систему. Все любят Системы. Законы. Правила. Подсказки. С законами у тебя прокатит. <...> Если есть Система, которой можно следовать, все становится простым <...> Предложи им Систему - и все расслабятся.