Книги Константина Зарубина кажутся мне фантастически привлекательными, просто волшебными! Особенно остро это чувствую, когда не понимаю, а как это сделано, какие приемы применяет автор. Обожаю при чтении чувство пустоты в груди, как на американской горке, когда вагончики замирают на секунду в высшей точке, перед тем как катиться вниз. Оно возникает при каком-то контр-интуитивном твисте, при неожиданном зигзаге в уютном текстике. Как раз такое я испытал в самом начале. Потом мне показалось, что я разгадал замысел автора, и Зина – это канонический символ, как у Толстого или Набокова . И все эпизоды ее «заражения» - от нелепой влюбленности, разочарования в поверхностном православии, до дефолта и жалости к жертвам взрыва домов на Каширском шоссе – это этапы, которые мы сами проживали, меняясь и преображаясь. Но не тут-то было! Зарубин тоньше, и кроме Зины читатель скоро знакомится с целой галереей образов: нелепый феэсбешник Дзержинский-Сахаров, олигарх Веденеев в поисках бессмертия-власти, оппортунист ученый Жук и его помощница Виктория, пьющая писательница Женя, нормальные Катя и Борис, и, самый мне симпатичный – простой парень Олег. Однако, совсем не случайно точкой входа является другой персонаж, роль которого проясняется только на самых последних страницах. Он может поспорить с Олегом за место для читательской проекции, но как будто именно этот герой, специально не называю его по имени, переживает самую глубокую трансформацию, от рефлексии переходя к действию. В книге есть политический гротеск, как и у Бурносова из моей предыдущей рецензии, восходящий к двухтысячным. Как будто именно тогда закладывался фундамент того, что мы имеем сейчас. На этом фоне избавляющее событие – Пшик – имеет чисто внешнее, необъяснимо-неземное происхождение, и ожидать чего-то подобного в реальной жизни бессмысленно. Увы.
155 понравилось
