Параллельный фарватер. Отклонение от курса. Книга 1

Только в детстве человек может по-настоящему быть счастливым, не обременённым посторонними мыслями и заботами. 

А безудержнее российского туриста может быть только пьяный российский турист, тут всё очень банально.

Пока он так стоял, в дверном проёме появилась его пятилетняя дочь. Она не плакала, просто молча смотрела на отца. Когда Виктор посмотрел на неё, она проговорила:

— Папочка, а у меня никогда не будет мужа. Я не хочу, чтобы он бил меня так, как ты бьёшь маму.

— Слышь, зелёный, а ты не думал, что мы уже в аду? – не дождавшись ответа, вновь спросил моторист.

— У меня ощущение, что я попал в клуб любителей Жюль Верна. – Все посмотрели на Воронова, то ли решившего пошутить таким образом, то ли привлечь внимание.

— А при чём тут Жюль Верн? – искренне не понимая, спросил Володя.

— Ну а кто там ещё про такое пишет в наше время?

Было бы глупо обвинять людей в таких вот грязных обсуждениях. В конце концов, количество развлечений в однообразной морской жизни строго ограничено, и сплетни являются одним из способов массовой психотерапии.

После экзотичного салюта на корабле, как и полагается у русских людей, была пьянка. Уж это они умеют, тем более повод-то какой – День Победы. К счастью, праздник тогда получилось отметить без происшествий.

Ты должен быть крайне любознательным, иначе можешь пропустить какую-нибудь важную мелочь. Весь мир строится на мелочах. Если ты пропустишь эту мелочь, то можешь упустить ниточку, ведущую к более важной информации, и не узнать в таком случае того, что нужно.

Муж всё может простить. Ради ребёнка.

Он любил Катю, но какой была сейчас эта любовь? Каково понимать, что ты полностью теряешь себя как мужчину и становишься просто бесхребетной куклой в руках человека, который должен любить тебя, так же как ты его. В очередной раз в своей недолгой жизни Костя подумал о том, как было бы хорошо, если его родители и брат были бы сейчас живы…

Стамбул прекрасен в любое время года. В любую погоду и любое время суток он поражает своими живописными пейзажами, простирающимися по обе стороны водного перехода из Чёрного моря в Мраморное.

Если отец был суровый мужик, то она – крепкая баба. Интересно теперь понимать, что в конечном итоге она продержалась дольше него. Умерла женщина лёгкой смертью, хоть какая-то награда за тяжёлую, полную страданий жизнь.

— Блин, извини. Я просто человек военный и иногда не могу нормально выражаться.

— И вот на этой ржавой колымаге мы в океан должны плыть?

— Идти, Ворон, – поправил Антона Денис. – Плавает…

— Говно, – с недовольством в голосе закончил за Поршнева Ворон. – Говно плавает, а корабли ходят. Без тебя знаю, умник. Устаревшее замечание.

Аденский залив – одно из самых жарких мест в Мировом океане, причём горячее во всех смыслах.

Вы также говорите о смерти, говорите, что её не избежать, и тут вы тоже правы. Вы ненавидите смерть, считаете её чем-то страшным, в то время как жизнь вы любите, жизнью дорожите и готовы на всё, лишь бы сохранить и продлить её. Но что будет, если ты узнаешь, что жизнь есть период вселенской муки, предначертанной людям?

– Предлагаю разделиться, – сказал Виктор. – Нет, вот только не это! – громко сказал Сергей. – Вы что, фильмы не смотрите? Да там всегда всё самое жуткое происходит именно потому, что люди разделяются. Даже не вздумайте! Я против.

С этим вахтёром Джек Воробей нас и без «Жемчужины» сделает. Думаю, если Денчик будет на вахте, то пираты справятся даже на той лодке, что у Воробья в первой части фильма была, когда он к берегу подошёл, а она потонула.

– Осторожнее там, хорошо? – Было видно, что она вновь сдерживает слёзы. – Всё будет хорошо… наверное… когда-нибудь и не у нас.