– Давай рассыпайся в комплиментах и признавайся в любви. Одного кольца мне будет маловато, чтобы принять худшее решение в своей жизни.
Я качаю головой. Неисправимая чертовка.
– Я люблю тебя больше, чем Том любил Джерри, а принц Эрик – Ариэль. И даже больше, чем Эд любил Виви.
– И я должна просто поверить тебе на слово? – Идеальная бровь приподнимается. В глубине ее глаз сверкают задорные огоньки. Издевается надо мной и даже этого не скрывает.
– Выйдешь ли ты за меня замуж, главная заноза моей жизни?
– Это неромантично! – пыхтит она.
– Это в нашем стиле.

Мами поднимается с дивана и с довольным видом разглядывает подарок:
– В следующий раз отвечай «да». Для первого брака это идеальный кандидат!
Она говорит хоть и шепотом, но довольно громко. Это тот самый вид шепота, который слышен в каждом уголке комнаты.
Лицо Валентина от удивления вытягивается, а глаза становится размером с огромные елочные игрушки. Поль и отец начинают громко смеяться:
– Ну что, котик, понял, что попал?
– Я буду единственным мужем вашей дочери, – качая головой, самодовольно сообщает мистер V.
– Ты для начала хоть первым стань, – бросаю я ему вызов.

– Я думаю, что сначала будет наша свадьба, – неожиданно громко произносит Валентин.
Не успеваю я моргнуть, как мистер V падает на одно колено с красной коробочкой от Cartier.
– Ты из ума выжил? – шиплю я.
Эмма громко ахает, Поль закатывает глаза, мама строго косится в его сторону, и лишь отец смотрит на Валентина с выражением: «Ты сам этого хотел, котик».
– Я же говорю, что ты убийца романтики!
– Я не выйду за тебя.
Валентин встает с колена и берет мою руку.
– Это пока, – сверкнув наглой улыбочкой, сообщает он, и его темные глаза искрятся. – Но я умею быть убедительным!
Он надевает мне кольцо с бриллиантом на средний палец и одаривает еще одной дразнящей улыбкой:
– Это чтобы фак красивый был.
До чего же он обаятельный засранец!