Изменить 6-го

— Она тебе очень дорога, — констатировал Подж, внимательно наблюдая за мной. — Дороже всех на свете. Я видел, как сильно ты изменился. И Алек тоже. Благодаря Ифе у тебя появилась надежда. Блин, эта девушка сотворила с тобой чудо, тебе любой подтвердит. Но ты настолько зациклен на саморазрушении, что в упор не замечаешь, как она страдает. — Он покачал головой и добавил: — Если тебе плевать на себя — а тебе явно плевать, — хотя бы подумай, как твои поступки сказываются на ней. А знаешь почему, придурок? Потому что Ифа Моллой тебя любит. Слышишь, везучая ты скотина? Самая красивая девушка в школе, если не во всем городе, с великолепным чувством юмора, любит тебя.

- Выпустите меня из гребаной тачки. — Тяжело дыша, Гибси как ошалелый гнал машину по направлению к городу. -

Мне нужно на воздух, блин! Срочно!

- Ты за рулем, придурок! — рявкнул Джонни, который выглядел ничуть не лучше. Обхватив голову руками, он раскачивался взад-вперед на пассажирском сиденье. - Все хорошо, Гибс. Все нормально. Мы справимся.

-Я всего-то хотел бургер.

-Знаю, Гибс.

-Ну и чипсы с карри. Разве это так много? А после всего, что я насмотрелся, мне больше никогда кусок в горло не полезет.

-Да заткнись ты! — прорычал взволнованный Джоуи. — Ты ее пугаешь.

-Это она меня пугает! — возмутился Гибси, нашарив руку Джонни.

-Понимаю, чувак, - выдавил Джонни, стиснув его ладонь. — Меня тоже.

-Хватит паниковать! — завопила я, протискиваясь между креслами, чтобы хорошенько приложить эту парочку. - Вы делаете только хуже.

-Успокойтесь, мальчики, — велела сидевшая рядом со мной мама. - Это совершенно естественный процесс.

-В звуках, которые издает ваша дочь, нет ничего естественного, — простонал Гибси, уворачиваясь от кулака Джоуи. —

Хочу к мамочке.

—О-ии. - Шонни дернул меня за штанину, обратил ко мне карие глазенки. — О-ии.

И всё.

Мордашка Шона разбила мне сердце.

Мой мальчик.

Он приходился мне братом, однако с ним все было иначе.

С рождения Шон полностью зависел от меня.

Пускай он не был мне сыном, но я к нему испытывал скорее отцовские, нежели братские чувства.

-Привет, Шонни-бу. — Сглотнув тугой комок, я сел перед ним на корточки. — Как поживает мой малыш?

-О-ии. — Он моментально забрался ко мне на колени. — Шонни любит О-ии, — зашептал он мне на ухо, пухлые ручонки гладили меня по лицу. - С О-ии Шонни счастливый.

-Джоуи тоже любит Шонни. — Я крепко обнял малыша, потрясенный тем, как бойко он лепечет. — Джоуи очень гордится Шонни.

«— Я бы умер без нее, понимаешь? Умер бы! И не сидел бы сейчас здесь, если бы не Ифа Моллой.

  — Джо. — Даррен поморщился как от боли. — Не говори так, Джо.

  — Это правда, Дар, — севшим от волнения голосом ответил я. — Без нее я не дотянул бы до восемнадцати. Блин, даже до пятнадцати и то не дотянул бы. Тебя здесь не было, ты ни хрена не видел. Я вел себя как кусок дерьма. Богом клянусь. Творил с собой лютую дичь. И с ней. Страшно вспомнить, сколько всего она натерпелась. Я превратился в худшую версию себя. Однако она от меня не отреклась. Ифа не переставала видеть во мне человека, достойного спасения, и продолжала меня любить, за что я буду благодарен ей до конца дней. — Я покачал головой. — Тебе не понять, скольким я ей обязан. Как боготворю землю, по которой она ходит!»

Королева, мне столько нужно тебе сказать. За столько извиниться. Ты наверняка сочтешь меня трусом за то, что я пишу это на бумаге, а не говорю в глаза — и будешь совершенно права. Да, я трус, но, справедливости ради, во всем, что касается тебя, мне никогда не хватало смелости. Однако больше такого не повторится. Больше я тебя не подведу. Хватит. Да и потом, я исчерпал свой лимит косяков на сто лет вперед.

    Сегодня вечером я разговаривал с отцом. Мы многое обсудили. Знаешь, он вправил мне мозги, раскрыл глаза. Единственный способ разорвать порочный круг — оставить в покое тебя и ребенка, пока я не испортил вам жизнь. Впервые на моей памяти он дал мне годный совет. Ведь уйди он от мамы, все сложилось бы иначе.

    Отец не любил ее настолько, чтобы принять верное решение. Зато такая любовь есть у меня, и моей любви к тебе хватит, чтобы поступить правильно. А поступить правильно — значит избавить тебя и ребенка от своего присутствия. Согласись, малыш, ничего путного из меня не выйдет.

    Прости, королева. Прости за вранье. За оскорбления. За слезы, пролитые по моей вине. За все то дерьмо, которое ты расхлебывала из-за меня. Прости, что оставляю тебя одну. Я знаю, ты думаешь, что я сдаюсь, но это не так, Моллой. Я лишь стараюсь уберечь ребенка от своей судьбы. Стараюсь уберечь тебя от судьбы моей матери. Избавив вас от той участи, которая выпала мне, я буду спать спокойно. Вы оба заслуживаете счастья, однако рядом со мной оно вам не светит.

    Я люблю тебя, слышишь?

    Пожалуйста, никогда, ни на секунду не сомневайся в моей любви.

    Никакими словами не выразить, как сильно я тебя люблю.

    Но я должен... должен тебя отпустить.

    Навеки твой,

    Джоуи х

    P. S. На обороте приведен полный перечень дерьма, творившегося в нашем доме, со всеми датами и моей подписью. Передай листок Джону Каване.

    Пусть предъявит в суде, чтобы получить опеку над моими братьями и сестрой.

    Скажи им, что я прошу прощения.

    Скажи, что я очень их люблю.

    Скажи сыну, что я его люблю.

    И помни, что тебя я люблю больше всех на свете.

    Еще увидимся, Моллой. хх»

- Как твое ничего? — ухмыльнулся Гибси, когда я уселся рядом с ним.

-Гибс.

-Свершилось! Ты запомнил мое имя.

-А куда деваться, — философски пожал я плечами. -Нам ведь вместе торчать тут до следующего июня.

-Не в бровь, а в глаз, приятель. — Гибси со смехом ткнул меня в бок. — Не в бровь, а в глаз.

 -Ну а где твоя вторая половина?

-Медвежонок Клэр? Она учится годом младше.

 -Нет, балбес. Кав.

 -А! - рассмеялся Гибси. - В смысле, моя другая половина. Он на математике для умников. Кэп у нас отличник по всем предметам.