Anne of Windy Willows

Ей скоро десять, а эти две леди не имеют ни малейшего понятия о её потребностях, духовных и эмоциональных. Пока она хорошо накормлена и одета, им и в голову не придёт, что ей нужно что-то ещё.

Молодой человек обнимал Нору и прижимал к её лицу носовой платок.
- Хлороформирует её! - взвизгнула тётка Ищейка, упустив кочергу, которая со страшным грохотом упала на пол.

- Никто никогда не бывает слишком старым для того, чтобы мечтать. Так же как и сами мечты никогда не стареют.

Тётка Ищейка, которая все утро бродила, всем мешая, по дому в не очень чистом пеньюаре и когда-то накрахмаленном, но давно успевшем поникнуть будуарном чепчике, теперь явилась во всем великолепии темно-бордового наряда.

Чтобы зеркало улыбкой отвечало, Сам ты улыбнись ему сначала...

Разве не увлекательно смотреть на чистые листы бумаги и спрашивать себя, что же будет написано на них?

Мы всегда ненавидим людей, которым неожиданно для себя раскрыли свои секреты.

Как чудесно знать, что мы молоды и перед нами целая жизнь — целая жизнь вместе, правда?

— Вы думаете, что это очень нехорошо или рискованно — плохо говорить об умерших? — чуть встревоженно прошептала мисс Валентина.
— Не думаю, чтобы это было очень уж дурно или опасно, — ответила Аня. — Только... это немного нечестно... так же, как ударить того, кто не может себя защитить.

Не знаю, куда вы денете на ночь всю эту толпу. Я думаю, некоторым из нас придется спать, повиснув на веревках для белья.

— Надеюсь, я всегда буду кому-нибудь нужна, — сказала Аня, обращаясь к коту. — Как это чудесно, Василек, иметь возможность осчастливить другого человека. Подарив Полине этот день, я почувствовала себя такой богатой…

"Страхи -- це таке похмуре рабство. Будьмо відважні, зухвалі та повні надій! Крокуймо назустріч життю й усьому, що воно принесе, хай навіть то будуть прикрощі, тиф і двійнята!"

"...я хочу, щоб ми ніколи не стали надто дорослі й мудрі... ні, дорослі й ДУРНІ для мандрів у чарівних краях".

Ніхто не може бути застарим для мрій. Як і самі мрії ніколи не старіють.

Какая разница, как вы путешествуете, если в конце концов доберетесь туда, куда нужно? В каком бы экипаже вы ни ехали, мирные вершины холмов в глубине острова будут такими же голубыми, дороги такими же красными, клены в таком же великолепии осеннего убранства.

На мой взгляд, источник большинства неприятностей в этом мире — обычные недоразумения.

Оказалось, что гораздо легче положить чему-нибудь начало, чем конец.

Никогда — если только можно избежать этого — не становись посланцем, приносящим дурные вести.

— До свидания и спасибо, — сказала она вежливо. — Здесь, в Завтра, очень приятно.

— В Завтра?

— Да, это Завтра, — объяснила Элизабет. — Я всегда хотела попасть в Завтра и теперь попала.

— О, понимаю! К сожалению, меня не очень интересует Завтра. Я хотел бы снова оказаться и во Вчера.

С обеих сторон тянулись поля лютиков и клевера, над которыми жужжали пчелы. Порой дорога превращалась в «млечный путь» — столько белых маргариток теснилось на ее обочинах.

Вдали смеялся пролив, весь в серебряных гребнях волн. Гавань напоминала синий муар. Такой она понравилась Элизабет еще больше, чем прежде, когда была похожа на бледно-голубой атлас. Они шли и пили свежий ветер. Это был очень ласковый ветер. Он мурлыкал и, казалось, ластился к ним.