Наверное, виноват пустынный ветер, вскруживший нам головы в тот вечер, а может, тяга придать жизни слегка литературный вид.

КОМУ ПОЗВОЛЕНО ГОВОРИТЬ И ПОЧЕМУ? - написала я на прошлой неделе. - ЭТО ЕДИНСТВЕННЫЙ ВАЖНЫЙ ВОПРОС.

В каком-то смысле любовь очень похожа на процесс письма: пребываешь в том обостренном состоянии, когда нет ничего важнее точности и осознанности. И это может сказаться на всем. Ты рискуешь тем, что твои чувства могут быть осмеяны или отвергнуты, и, похоже, я впервые понимаю этот риск: я готова проиграть и принять последствия, раз уж сама делаю ставки.

Быть женщиной до сих пор означает быть запертой внутри сугубо психологического. Неважно, насколько бесстрастно или масштабно женщина формулирует свое представление о мире, как только в него включается ее личный опыт, ее чувства, в центре внимания снова оказывается она сама. Поскольку чувства пугают, мир отказывается признавать, что их можно рассматривать как научную дисциплину, как форму.

Как продолжать, если связь с другим человеком прервана (когда прервана связь с самой собой)? Быть влюбленной в кого-то – значит верить, что существование в чьем-то присутствии – единственный способ быть полностью собой.

...(С помощью любви я учу себя мыслить) - смотрю на текст,как на путь внутрь. С такой установкой никакой текст не кажется слишком сложным или невразумительным и всё становится объектом исследования.

Когда все время живешь в своей голове, не существует никакой разницы между воображаемым и тем, что происходит на самом деле. И ты всесильна и бессильна одновременно.

Разве величайшая свобода заключается не в свободе быть неправым?

И что нам так сдалась эта легкость? Легкость — это ложь шестидесятых, это поп-арт, ранний Годар, «милый старичок и хорошенькая девушка (с хаски)». Легкость — это экстаз коммуникации без иронии, это ложь бесплотного киберпространства.

Я была вынуждена следовать другим тактикам, например быть самой умной и самой полезной девочкой.

Дело не только в том поколении, - отозвался ты. - Мужчины до сих пор разрушают жизни женщин.

Как продолжать, если связь с другим человеком прервана (когда прервана связь с самой собой)? Быть влюблённой в кого-то - значит верить, что существование в чьём-то присутствии - единственный способ быть полностью собой.

На протяжении нескольких месяцев я думала, что эта история будет о том, как любовь может изменить мир. Но, пожалуй, это слишком пошло.

Если койот - последнее выжившее животное, то ненависть - последнее чувство на земле.

Очень может быть, что энтузиазм- единственное, что я могу тебе предложить.

По-моему, это значит, что тот, кого ты больше всего любишь, наделён властью ранить тебя сильнее всего.

Ты утверждаешь, что рамки привносят цельность только за счёт сдерживания и исключения. Но фокус в том, чтобы раскрыть ВСЁ внутри рамки.

Они [страницы] были такими нежными, лакомыми и манящими, словно кожа Венеры

Сильвер продолжает обобществлять мой опыт с тобой. Он навешивает на него ярлыки, придуманные другими людьми, – Адюльтер в Академии, Джон Апдайк встречает Мариво… Факультетская Жена Набрасывается На Коллегу Мужа. То есть предполагается, что в женскости, в желании есть нечто по природе своей гротескное, аномальное. Но мой опыт с тобой – настоящий, и такое происходит впервые.