"Быть членом семьи Гэлвин значило постоянно бродить по минному полю семейных тайн, стыдливо скрытых в самых невероятных местах"
Книги, основанные на реальных события, делятся для меня на две категории. Первые - документального характера, которые просто сухо описывают произошедшие факты и события без лишних подробностей и глубокой проработки образов главных действующих лиц.
А вторая категория, к которой, по счастью, относится и “Что-то не так с Гэлвинами”, представляет собой полноценную художественную литературу, когда автор дополняет реальные факты и события собственными оценочными суждениями, проводит анализ внутреннего мира главных действующих лиц, передавая их мысли и чувства на страницах книги.
Мне понравилось, что Роберт Колкер рассказал историю семьи Гэлвин максимально беспристрастно и безоценочно (насколько это возможно), избегая осуждения и обвинений и предоставляя читателю возможность сформировать свое собственное мнение о степени ответственности каждого члена семьи в сложившейся трагедии.
Итак, перед нами типичная американская семья послевоенного времени: Дон, сделавший блестящую карьеру на военном поприще, Мими, идеальная и безупречная мать семейства, и их двенадцать детей. Да-да, не стоит удивляться такому большому количеству отпрысков - в то время в Америке царил самый настоящий бэби-бум, который активно поощрялся государством и социумом. Так что Дон и Мими стали жертвами этой “моды”.
На самом деле предлагать Мими и Дону ограничиться десятью детьми было все равно что предлагать марафонцу остановиться после двадцати пяти километров. С их точки зрения, это просто нелепость.
В целом, их стремление создать дружную многодетную семью - весьма похвально, и ничего плохого в этом нет, но… Но как можно планировать большое количество детей и при этом не озаботиться вопросами, где взять столько денег и душевных ресурсов, чтобы обеспечить своих чад всем необходимым?
«Я думаю, что это изначально какая-то несознательность – обзавестись дюжиной детей и думать, что они смогут воспитать их обычными американскими гражданами», – говорит Маргарет.
В тексте открыто упоминается о том, что Гэлвинам зачастую не хватало финансов для нормального обеспечения всех базовых потребностей членов семьи, кроме того, есть много моментов, буквально кричащих о том, что детям не хватало простого родительского внимания. Они не чувствовали себя защищенными, не чувствовали, что они находятся в безопасности под крышей собственного дома, они явно недополучили родительскую любовь и заботу.
Бесконечные споры, отсутствие личного пространства, четыре двухъярусные кровати, невозможность уединиться – как мать может надеяться, что у нее получится вырастить такое количество детей в настолько безумных условиях?
Однако беда пришла оттуда, откуда ее совсем не ждали - у старшего сына Дональда в возрасте около двадцати лет после болезненного расставания с девушкой произошел дебют шизофрении с бредовыми идеями на тему религии.
И здесь, конечно, для меня стало полной неожиданностью поведение Дона и Мими, которые предпочли просто закрыть глаза на все странности в речи и поведении своего первенца. Что самое удивительное - им удавалось держать свои глаза закрытыми довольно долгое время.
Я понимаю, что в те годы о шизофрении даже сами врачи знали о шизофрении не так много, что уж тут говорить о простых смертных. Также я понимаю, насколько велико искушение притвориться, будто всё нормально и никакой проблемы не существует, - ведь так можно избежать боли, отчаяния, страха и чувства безнадежности.
Но я не понимаю, как можно игнорировать мучения и страдания твоего родного человека. Разве когда нашему близкому тяжело, мучительно, страшно и больно, мы не готовы на любой безумный поступок, лишь бы помочь ему и облегчить его страдания? Разве это недостаточный повод, чтобы бить во все колокола?
И если равнодушие и бездействие Дона можно объяснить хотя бы с точки зрения банальной логики - да его попросту и дома-то не бывает, оттого и проблема с Дональдом прошла как бы мимо него, но чем руководствовалась Мими - уму непостижимо.
Неужели красивая картинка счастливой семьи важнее самой счастливой семьи? Неужели для нее было настолько важно оставаться идеальной матерью многодетного семейства?
... дети удовлетворяли некую потребность, возникновение которой стало полной неожиданностью для самой Мими. С раннего возраста ей приходилось как-то приукрашивать для себя самые болезненные разочарования: потерю родного отца, вынужденный отъезд из Хьюстона, постоянную отчужденность супруга.
Иметь так много детей – в этом было нечто особенное, равно как и в статусе многодетной матери, не делающей из этого проблемы.
Но, как говорится, шила в мешке не утаишь: за старшим сыном Дональдом потянулись и другие сыновья, и в итоге шестерым мальчикам из 12 отпрысков семьи Гэлвин была диагностирована шизофрения.
Главы, посвященные жизнеописанию семьи Гэлвин, переплетены с главами, исследующими тему шизофрении с медицинской точки зрения - и мне они показались не менее захватывающими и увлекательными.
В прошлом веке ученые и врачи-психиатры вели нескончаемые споры о природе происхождения этой ментальной болезни: одни утверждали, что во всем виновата наследственность и гены, другие ставили во главу угла психологические травмы, нанесенные ребенку в детстве - то есть, обвиняли окружение пациента.
Именно тогда и возник термин “шизофреногенная мать”, который настолько оскорбил и возмутил Мими, что она долгое время отказывалась от сотрудничества с научно-исследовательскими центрами, и ее сыновья вновь и вновь оказывались в государственной психиатрической больнице Пуэбло, где их сажали на сильнодействующие психотропные препараты.
Фромм-Райхманн изобрела термин, который станет ярлыком для женщин вроде Мими Гэлвин на десятилетия вперед: шизофреногенная мать.
Основная проблема лекарственных препаратов прошлого поколения заключалась в их сильных побочных эффектах, действие которых со временем превалировало над положительной стороной лечения. А одной только психотерапии будет недостаточно…
Одним из последствий долгой жизни с шизофренией является то, что с какого-то момента лекарства начинают наносить такой же ущерб, как и болезнь.
Но кто или что стало причиной развития шизофрении у шестерых Гэлвинов и почему другой шестерке удалось сохранить свое ментальное здоровье?
К моему огромному разочарованию, ответа в книге нет - как нет его и в реальной жизни.
...невзирая на сотню с лишним лет исследований, шизофрения все еще труднообъяснима.
Можно лишь с определенной долей вероятности утверждать, что комбинация генетической наследственности вкупе с нездоровой атмосферой в семье и травмирующим опытом - серьезный повод задуматься о своем ментальном здоровье и быть начеку.
...источником безумия является фатальное сочетание наследственности и среды.
Человек есть нечто большее, чем набор генов. Нас в той или иной степени создают окружающие люди — те, с кем мы вынужденных расти, и те, с которыми хотим быть вместе впоследствии.
Где же искать спасения от этого страшного разрушительного заболевания, повергающего человека в бездну безумия? А где искать безопасность и стабильность другим членам семьи, которые вынуждены существовать рядом с больным человеком?
Мне было безумно жаль девочек, особенно Мэри-Линдси, которые были лишены самого важного в детстве - уютного и теплого дома, где ты находишь пристанище от всех бед и несправедливостей этого мира, где тебя ждут любовь, тепло и ласка… А вместо этого их ждала ежедневная борьба за выживание - а родители просто были в стороне и не замечали, как мальчики тиранят и обижают их младших дочерей…
А на вопрос о том, есть такое лекарство или способ справиться с болезнью, у каждого из семьи Гэлвин найдется свой ответ.
Майкл Гэлвин ответил бы так:
Единственный фактор ситуации, которым ты можешь управлять — ты сам. Если тебе все не в кайф, разберись с собой и исправь это.
А вот что говорит Линдси, она же Мэри Гэлвин:
Они научили меня принимать данность такой, какая она есть, иначе сожрешь себя заживо. Если ты вникнешь в суть своих проблем, то поймешь, что избавить себя от травмы можно только любовью и помощью.
И пожалуй, эти цитаты - лучшее завершение рецензии, потому что именно они наиболее точно передают нам мысль автора, заложенную между строк.
Отношения с другими людьми могут быть губительными, но они ещё и меняют, восстанавливают и исподволь формируют человека.
Мы остаёмся людьми, потому что ими нас делают окружающие.
84 понравилось
