Цитаты из книги Hidden Valley Road

Независимость ребенка – слишком большой риск для неустойчивых личностей некоторых родителей», – размышляет врач на страницах романа Гринберг. Похоже, что тайна шизофрении разгадана. Евгеника не права. Люди вовсе не рождаются шизофрениками. В этом виноваты их матери и отцы.

«мам, если бы ты почаще говорила ‘да’, никакой шизофрении и не было бы»,-подковырнула линдси. мими нашлась мгновенно: «моя проблема в том, что я сказала ‘да’ слишком много раз».

Нам свойственно считать болезни проблемами, требующими разрешения. Мы склонны относиться к любому заболеванию как к полиомиелиту: чему-то безнадежно неизлечимому до тех пор, пока не появится чудодейственное средство, способное стереть недуг с лица земли.

Как сказал Розенталь, «в самом строгом смысле, наследуется не шизофрения как таковая. Совершенно очевидно, что шизофренией заболевает не каждый носитель этих генов». Болезнь действительно генетически обусловлена, но не всегда передаётся следующему поколению, и вопрос о том, как такое возможно, по прежнему стоял перед всеми присутствующими. «Причастные к этому гены порождают некий эффект, природу которого мы пока не смогли постичь», - сказал Розенталь.

Он утверждал, что единственной причиной можно считать детство, проведенное в хаосе или нищете, ведь согласно новым исследованиям, чем крупнее город, тем более широкий слой общества имел отношение к шизофрении.

Факторы, приводящие человека к этому порогу, могут быть генетическими или внешними - наследственная предрасположенность к заболеванию или, например, травмирующий опыт детских лет. Однако при отсутствии критической массы внешних факторов генетически предрасположенный к шизофрении человек может прожить всю жизнь без каких-либо ее симптомов.

Авторы работы утверждали, что шизофрения может быть обусловлена не каким-то одним, а целым хором генов, который активизируется под воздействием ряда факторов внешней среды.

Кроме того, Розенталь и Кети не обнаружили никаких свидетельств в пользу мнения о том, что шизофрения может передаваться от психически больного родителя к приемному ребенку, не имеющему общей наследственности с воспитывающей его семьей.

Восемь лет спустя, в том же году, когда ее пациенткой стала Джоанн Гринберг, ФроммРайхманн изобрела термин, который станет ярлыком для женщин вроде Мими Гэлвин на десятилетия вперед: шизофреногенная мать. «Главным образом именно этот тип матерей несет ответственность за серьезные деформации и отклонения раннего периода развития, делающие шизофреника болезненно недоверчивым и обидчивым по отношению к окружающим», – писала она.

Но в данном случае чаша терпения Юнга переполнилась. Он заявил Фрейду, что не все объясняется сексом – иногда люди сходят с ума по другим причинам, возможно врожденным.

Все мы просто совершаем какие-то поступки. И надо уважать такое право других людей. Все мы как-то выжили. Каждый по-своему, и это нормально».

Он хотел от нее невозможного - честного и откровенного взгляда на собственную жизнь.

Возможно, самым разрушительным в шизофрении является то, что больные выглядят недоступными для контактов с подавляющим большинством окружающих.

Относительно недавние исследования подтвердили эффективность так называемой «мягкой коррекции» – сочетания терапевтических бесед и поддержки близких, призванного свести к минимуму объем принимаемых лекарств.

В первом десятилетии XXI века проводились GWAS практически всех болезней, имевших предположительно наследственный характер: порока сердца, диабета, ревматоидного артрита, болезни Крона, биполярного расстройства, гипертонии.

Тем не менее, выделяли особые отношения альфа-7-рецептора с никотином. Лучше всех это чувствуют заядлые курильщики: никотину свойственно резко усиливать действие ацетилхолина, который необходим для функционирования этого рецептора, и курильщикам (то есть альфа-7-рецепторам их головного мозга) нравится такое усиление. Именно поэтому курильщик чувствует, что сигарета помогает на некоторое время сосредоточиться или успокоиться.

После нескольких таких отчетов Линдси уловила в них термин «лабильный», который использовал Фридмен по отношению к Питеру. Это означало, что любая мелочь вроде неважного ночного сна или пропущенного приема лекарства способна вызвать следующий психотический срыв.