Мужчины не ее жизни

Но кто может провести различие между любовью и иллюзией любви? Даже настоящая любовь — это воздействие воображения.

Нелегко встречаться с друзьями человека, которого ты любишь…

реальный мир трагичен и для тех, кто думает, и для тех, кто чувствует. Комичен он только для тех, кто идет по жизни счастливчиком

Рецензии — это бесплатная реклама, — любила повторять Рут. — Даже плохие рецензии.

… они друг другу никогда не могли наскучить, потому что никогда друг друга не слушали.

Скорбь по погибшим детям не умирает никогда; эта скорбь из разряда таких, которые лишь немного смягчаются. Да и то по прошествии долгих лет.

Имея дело с левшами, всегда нужно быть готовым к неожиданностям.

Садовник боялся маленьких женщин, он всегда думал, что их гнев непропорционален их размерам.

«Плохой английский, — думал Харри, — станет языком будущего мира».

Если ты писатель, твоя беда в том, что, как бы ты ни пытался остановить поток мысли, связанный с задуманным тобой романом, твоё воображение продолжает работать; ты не можешь его отключить.

Небеса изобрели специально для детей, — подумала Рут. — Только для того, чтобы иметь возможность сказать: «Твой папа теперь на небесах, Грэм».

Харри всегда влекло к людям, которые умели сдерживать гнев. Будучи полицейским, он знал, что несдерживаемый гнев — это угроза для него лично. Тогда как гнев сдерживаемый вызывал его симпатию, и он считал, что люди, которые вообще не умеют сердиться, по преимуществу люди ненаблюдательные.

..сокровенное и личное никто не может обнажить так, как это делает совершенно чужой человек.

Какие могут быть поводы для паники в десять утра?

Он читал романы, потому что находил в них наилучшие описания человеческой природы.

Он превратил свою застенчивость в разновидность искусства.

Правила между друзьями совершенно необходимы…

Когда - пусть и на короткое мгновение - романист перестает играть роль творца, какие другие роли остаются для него? Есть только творцы историй и персонажи историй; других ролей нет.

если какая-либо книга оказалась хорошей, то для кого-нибудь она неизбежно станет пощечиной.