«Иногда лучше не всматриваться так далеко, куда позволяет взгляд. И не слушать все, что можно услышать.»

«Кто-то умер. Но это пока не я.»

«Просто так уж устроен мир: монахинь здесь насилуют в зеленых фургонах, физруки крутят романы со школьницами, копы устраивают ограбления банков, первоклассники душат новорожденных братьев и сестер, чтобы родительская любовь доставалась только им. Вампиры, призраки и ангелы, тайные культы растлителей малолетних, послушники Молоха – даже если на их реальное существование кто-нибудь когда-нибудь откроет миру глаза, все эти вещи даже не станут чем-то по-настоящему шокирующим при таких-то вводных.»

– Хрень – это одно, а Армагеддон – совсем другое

Хуже всего было то, что на самом деле Калеб ее не винил: жизнь в лачуге с умственно отсталыми детьми, матерью-алкоголичкой и обидчивыми братьями-отбросами кого угодно довела бы до крайностей. Калебу нечего было дать девушке.

И люди в мантиях мудрецов, столь охотно ставящие ничего не значащие «пятерки», так же охотно улучат возможность перерезать тебе горло – просто потому, что так надо.

В ней явно была загадка, а загадки, как известно, манят.

Парень надеялся, что Христос сможет простить сестру или что она сможет простить Бога, потому что сам Калеб никогда не смог бы сделать ни того ни другого.

Здание напоминало огромное существо, которое проползло по всему аду в поисках подходящих частей для собственного тела, а потом добрело сюда и уселось, погрузившись со временем в земную твердь.