Цитаты из книги Ворон

Скользнув пальцем по экрану, я стиснул зубы и уставился на новую заставку - спящую в моей кровати белокурую девочку.
Алина так мирно спала, уткнувшись губами в мою подушку, что я не мог не запечатлеть такой момент.
Самое прекрасное, что происходило в моей койке.
Клянусь. Вряд ли в ближайшее время я буду стирать постельное белье и носить что-то, кроме этой футболки. Я оттянул горловину и вдохнул еще оставшийся на ней еле уловимый запах моей маленькой плаксы.
Этой тряпке повезло гораздо больше, чем мне: столько часов касаться Алины... Эх, Ляля-Ляля. Сама не знала, как близко мы находились от края бездны. Особенно когда проснулся вчера утром — я еле-еле удержал себя от глупостей.
Да я и не спал толком. Все время прислушивался к ее дыханию. Даже пару раз порывался залезть к ней под одеяло. Но, к счастью, хватило ума оставить эту затею. Мелочь вряд ли оценила бы подобную самодеятельность.

Воронов рассмеялся, а потом... мы вдруг стали так отчаянно целоваться, будто у нас скоро закончится кислород. И хоть мозг один за одним выдавал предупреждающие сигналы, губы жили своей жизнью.
Мои щеки пылали.
Тяжелые дыхания смешались.
Наш поцелуй стал глубже. Отчаяннее.
Если и существовал на земле рай, то для меня им стали губы Кирилла. Везде были только его губы. Бесстыжие. Ласковые. Жадные. Я проклинала их и не могла насытиться ими одновременно.
Запустив пальцы в его влажные чистые волосы, я сжимала кожу на его шее, кажется, добавляя ему увечий... А он... Грубо прижал меня спиной к двери и продолжил впиваться своими губами в мои, подчинять себе. Нам было так сладко....

Тихо выругавшись, Воронов подтянулся на руках и забрался ко мне в кровать. Я отвернулась, однако он рывком прижал меня к своей груди, сцепив пальцы на моем животе. От Кирилла пахло одеколоном с яркими доминирующими нотками. А также перечной мятой и мылом. От соединения всех этих запахов голова шла кругом.
- Замолчи, Алина. Просто замолчи. Иначе... Я за себя не отвечаю.
— Сам пришел, еще и грубишь! — я все-таки всхлипнула. - Какой ты после этого друг?
Пальцы Кирилла нашли мои, он сжимал их и разжимал. Сжимал и разжимал. Гладил. Его грудь неровно поднималась и опускалась. Звук его сердца отдавался в моих ушах.
- Я — твой друг, но в первую очередь я - парень. Не самый порядочный. А ты - очень даже привлекательная девушка. А еще у меня давно никого не было. Но я не хочу сделать что-то, о чем мы оба завтра утром будем жалеть...
«Жалеть», - с грустью повторила я про себя его слова.
Я точно знала, что ни о чем бы не жалела, потому что мое сердце уже давно выбрало Кирилла, но, разумеется, я не смогла бы произнести такую крамольную мысль вслух, чтобы не выглядеть еще более жалкой если такое вообще было возможно.
- Тогда почему ты меня обнимаешь? Зачем приходишь?
— Это скоро прекратится... - шипяще-свистящий звук вырвался из его груди. - Твой отец выпишется со дня на день. Все будет как раньше. Ты. Я. Просто одноклассники. Соседи. Я могу решать за тебя тригонометрию и оставлять в почтовом ящике. Химию.
Что-то еще... Только не вздумай в меня влюбляться.
Поняла?
«А если это уже произошло?»
Мне хотелось на него наорать. Лежать в объятият парня, в которого нельзя влюбляться. Что за абсурд?
- Химия, - я обреченно вздохнула. - «Опаснейшая химия», — эта случайно брошенная им фраза как нельзя кстати характеризовала сложившуюся ситуацию.

В последние дни я был сам не свой. Из крайности в крайность. То хотелось полностью уйти в себя, то набить кому-нибудь морду. Будто все вокруг
горит. И ты горишь. И ты в аду.
Уже третий час я упахивался в качалке - одежда насквозь промокла, ноги отказывали, руки дрожали, но я не мог остановиться и как заведенный толкал штангу, пытаясь хоть как-то избавиться от наваждения.
Алина. Аля. Ляля. Папина девочка. Завладела моими мыслями. Мне хотелось забрать кое-что у нее...
Срочно еще один подход!
И еще.
Ну за что мне все это?
Мелочь сводила меня с ума. Я бесновался. И одновременно кайфовал. Кайфовал, потому что видел - она на меня запала. Опускала глазки. Смущалась. Краснела.
Облизывала губы.

я окончательно убедилась, что испытываю к Кириллу чувства. И это отнюдь не благодарность за то, что он пришел меня проверить.
Вернее, и она тоже.
Но и нечто совсем иное. Горячее. Волнующее. Вязкой патокой расползающееся по венам. Статическим электричеством бьющее по нервным окончаниям.
Самое пугающее — я не вполне была уверена, что способна справиться со всеми этими чувствами и переживаниями. Это как стоять с открытым зонтиком на пути у смертоносного торнадо. Перемелет в щепки.
Сотрет с лица земли...