Что обещано, того уже не отнять.

Нормально, когда человек боится незнакомых вещей

«Порой происходящее кажется не таким уж плохим, если рядом родной человек.»

Любовь чем-то похожа на счастье. Это такое теплое чувство, которое заставляет смеяться, хотя никто при этом не шутил.

Тот, кто хочет скрыться, не тратит время на долгие истории. Тот, кому есть что терять, держит неприглядные подробности при себе.

Грусть - это неприятное чувство. Она представляется мне мелким зверьком с острыми зубками. Этот зверек живет в каждом человеке и почти все время спит. Но иногда он просыпается, и ему хочется есть. Тогда можно ощутить, как он вгрызается в сердце. Это не причиняет боли - то есть не причиняет такой боли, что приходится кричать, - но от этого одолевает слабость, и хочется отдохнуть.

— Открытые раны в случае необходимости могут быть обработаны мочой. Это оказывает дезинфицирующее, свертывающее и болеутоляющее действие. Точка.

Нельзя давать обещаний. Неисполненные обещания ломают людей.

Нет ничего печальнее крушения иллюзии (Артур Кёстлер)

Счастье - особенно удачное, очень приятное стечение обстоятельств

Я не разговариваю с людьми, которые считают, что я вру.

Самое занятное в счёте то, что никогда не знаешь, до какой цифры доберёшься, пока пройдёт время.

Порой бывает так, что семья нуждается в помощи, и люди сами этого не сознают.

-Мне грустно, и, кажется, дедушка единственный меня понимает. Вчера он пообещал, что заберет меня домой. Еще он сказал, что я должна лишь отвечать на вопросы, чтобы фрау Хамштедт со своими помощниками и полицейские остались довольны, и меня бы поскорее выпустили отсюда. Йонатан, конечно, не в состоянии отвечать на вопросы. Он так отупел от синих таблеток, что разучился разговаривать.

Парадокс. Свобода не отменит того факта, что я была в плену.

-Чуть затхлый запах напомнил о мебели в доме моей бабушки. Он протиснул руку между подушкой и моей щекой и грубо развернул лицом к себе. Заставил смотреть ему прямо в глаза. – Сделай себе одолжение, задайся вопросом. Подумай, шучу ли я. Хочу ли просто нагнать на тебя страху. Или же я вполне способен тебя убить. – Нет, не шутишь, – выдавила я.