Аркадия

Крох, прозванный так из-за того, что появился на свет раньше срока и всё детство отличался невеликими размерами, вырос в американской коммуне «Аркадия». Мечты сотен людей о гармоничной жизни, радости и горести которой день за днём они собирались делить друг с другом, разбились о быт. Оказывается, помимо беззаботных вечеров с песнями под гитару, жизнь в общине предполагает ещё коллективный труд и коллективную ответственность. Подростком Крох с родителями покинул «Аркадию», однако «Аркадия» никогда не покинет его.

Идейные общины расцвели пышным цветом в конце 1960х-1970е. Сейчас большинству кажется, что в 99% случаев это были деструктивные организации, наподобие «Семьи» или «Синанона». Однако приём наркотиков, травмирующие практики или авторитарный лидер, получающий некую выгоду – вовсе не обязательная часть подобных сообществ. Часто в общины ехали те, кто хотел жить за городом, работать на земле и приносить как можно меньше вреда экологии. У людей не было денег на покупку собственной фермы и опыта организации хозяйства, поэтому совместное проживание нескольких семей казалось им отличной идеей. Выдуманная Грофф «Аркадия» – как раз одна из подобных эгалитарных общин, экопоселение, в духе «Фермы», «Твин Оукса» или «Эйкорна».

Композиционно роман состоит из двух частей – взросление Кроха в «Аркадии» и его жизнь в качестве университетского преподавателя и отца-одиночки. Пространство между ними – разлом, размером с Большой Каньон, о котором читатель не узнает практически ничего. Для нас есть только утопия и антиутопия: идеалистичный мир прошлого, который покрылся трещинами и развалился на части, оставив от себя лишь покрытые пылью воспоминания, и мир будущего, где самолёты врезаются в небоскрёбы, а смертельный вирус закрывает границы и делает людей одинокими, как никогда прежде.

Детский взгляд – идеальная призма для того, чтобы говорить об общинах, не скатываясь в их превознесение или осуждение. Многие довольно спорные вещи (домашние роды, полиамория, употребление марихуаны) воспринимаются Крохом как объективная реальность, которая не нуждается в его оценке, точно так же, как концепции ненасилия, веганства или отсутствия частной собственности. «Аркадия» растёт и меняется вместе с героем, но её жизненный цикл куда меньше. Коммуна не переживает время подросткового бунтарства и сепарации её членов. Дожив до своих четырнадцати, она окончательно потеряла тот идеализм, на котором строилась, и который, как оказалось, был её фундаментом. А вот Крох, как и другие бывшие обитатели «Аркадии», умудрились не только сохранить его в себе, но и подарить тем, кто рядом.

Давным-давно, в стране, которой больше нет, я имела опыт недолгого существования в чем-то среднем между коммуной хиппи и отелем "Челси". Опыт одновременно запоминающийся и травмирующий. Все было - музыка, алкоголь, наркотики и радужные надежды на светлое будущее. Поэтому-то эта книга и проняла меня до печенок. Это бесспорно лучшее, что я прочитала за последнее время. Прекрасные образы, наполненные светлой тоской, волшебный язык и никаких розовых соплей. С потрясающей прочувствованностью описан крах идиллического общества и личный внутренний крах. Кто не знает, Аркадия - это выдуманное утопическое государство, "земля молока и меда" возведенная в абсолют. Рай для хиппи, где человек и природа существуют в абсолютной гармонии. Если смотреть в словаре определение этого слова, то следует обратить внимание на ремарку "несуществующее". Потому что в реальности создание Аркадии - невозможно. За три месяца можно отремонтировать огромный особняк и набить его кучкой хиппи. Засадить огороды и плантации травки, построить пекарни, рехабы и дармовые магазины. Но нельзя долго удерживать хрупкий мир среди сотен абсолютно разных людей связанных лишь идеей об идиллии и светлом будущем. Потому что для каждого эта самая идиллия - своя, отличная от других.
Последняя часть книги, безусловно, очень тяжелая. Но вот что действительно идиллично и непостижимо, то что спустя десятилетия многие из аркадцев(каждый обремененный собственными проблемами, собственными совершенно разными образами жизни) тем не менее не теряют связи друг с другом. И это...пожалуй, позволяет сохранится крупицам веры во что-то хорошее в наших сердцах.

Книга берёт своё начало в момент распада.
Сперва - это маленькая трещинка, затем - это полный раздрай и сумятица.
Коммуна, состоящая из большого количества людей, спустя много лет, обращается в маленький пузырь, в котором главный герой чувствует себя в безопасности, в комфорте.
Крох Стоун - недоношенный, слабый от рождения ребёнок, который на собственных плечах, сквозь годы жизни, проносит груз печали, тоски и одиночества. Рождённый в коммуне Аркадия, он находит свою строптивую любовь, для которой не существует ограничений и преград.
Спустя много лет Крох потеряет эту любовь, вернётся в коммуну, в момент распада, где он придёт к итогу и прекратит свои поиски.

У меня нет слов, чтобы описать свои ощущения и чувства. Здесь хорошо всё. Язык, история, эмоции.
Это редкий случай книги, хорошей во всех смыслах. Случай, когда книгу хочется разбирать по цитатам.
С таким упоением читать и хотеть ещё, хотя бы крупицу.
Больше ничего не напишу, только попрошу прочитать.

Купил книгу из-за яркой обложки (как та сорока на блестящее ведусь регулярно)  и из-за Ланы Дель Рэй :) (у неё есть одноименная очень красивая песня). Причины покупки уважительные, я считаю! И вот надо же как вышло - книжка отличная. 

Роман о жизненном пути человека, воспитанного хиппи, в одной из многочисленных коммун «детей цветов», пышным цветом распустившихся в США в 60-х.

Название книги отсылает, конечно же, не к Ланочке, а к известной мифической Аркадии - «раю на земле», многократно воспетой в европейской культуре.

Такой рай и строили хиппи, пытаясь оторваться от реальности и создать идеальное общество в гармонии и любви - “Make love, not war”.

Но, как мы знаем, практически все эти эксперименты закончились провалом и психологи, да и писатели,  до сих пор изучают это явление, пытаясь разобраться в невероятно огромном количестве причин - почему такие светлые идеи оказались столь трагически утопичны.

«Трагедия выносима, только если она - абстрактна.»

Но она абстрактна только когда не касается тебя лично. И на фоне разрушения идиллии нового общества мы, вместе с главным героем, переживаем и его собственную личную трагедию.

«Et in Arcadia ego»… В этой крылатой латинской фразе навеки запечатан фатальный исход, неизбежный финал человеческого бытия - «И в Аркадии я есть» напоминает Смерть… А за нами остается лишь выбор, каким именно образом пройти по предложенному пути, конец которого у каждого един …

Текст не простой, но тут автор не пыталась прыгнуть выше головы и стилизация повествования под притчу скорее обогащает роман, делая его настолько завораживающим, что оторваться крайне тяжело.

У миссис Лоран пять романов и, на мой скромный вкус, мы имеем дело с одной из самых знаковых писательниц современной американской прозы. Совершенно точно буду в скором времени читать её «Судьбы и фурии». Невольно приходит на ум сравнение с Донночкой и пока не в пользу последней.

Это было трогательно, печально, но прекрасно.

#грофф@moiknigy