— Скоро настанет время, когда они позволят грабить и убивать себя на справедливых основаниях, — молвил Силгур, — забывая о том, что из поколения в поколение не справедливость решает вместо человека, а человек решает вместо справедливости. Многие предпочтут отдать себя в жертву тем, для кого справедливость приравнивается к жажде уничтожать всё вокруг.
— И появится человек, которому вздумается вершить чужие судьбы, выкорчёвывая ненужные корни древа истории, — молвил Муниярд, — подрезая живые, но ненужные ему побеги, поливая его — то слезами радости, то слезами горя и удобряя почву кровью тех, кто ему доверяет.
— У него будет достойная компания из таких же вершителей, — молвил Силгур, — их появится больше, чем должно. Баланс будет нарушен.
— И когда возросшая сила помутит этому человеку и без того загрязнённый рассудок, он внезапно создаст для себя мечту, в которую вложит нищету собственной души. Не успев осознать своё искажённое творение, он поспешит воплотить его в жизнь, минуя общий строй, незыблемые правила и принципы справедливости, — заключил Муниярд.
— Игнорируя настоящее, он задастся целью искусственно разделить мир, где сильные народы любой ценой подминают под своё безграничное влияние более слабые народы, насаждая на некогда спокойные регионы идеи варварства и торжества несправедливости, — заключил Силгур.
Ваша оценка
1 понравилось