Сороки-убийцы

Не жизнь, а пародия.

Печально говорить, но есть одно имя, которое сильно мешает мне получать удовольствие от книг Алана Конвея. Его собственное.

Было очень уместно, что герои говорили со мной его голосом. Ведь спас их именно он.

Меня всегда удивляло, как сильно возненавидела она Эркюля Пуаро к тому времени, когда закончила писать про него. Каков ее знаменитый отзыв о нем: «отвратительный, надутый, назойливый, самовлюбленный тип»? Не обмолвилась ли Агата Кристи однажды, что хочет избавиться от него раз и навсегда?

В книгах и фильмах происходят сотни и сотни убийств. Редкое произведение художественной литературы обходится без них. Зато в реальной жизни их почти не случается, если только вас не угораздило жить в неблагополучном районе. Почему же мы так нуждаемся в загадочных убийствах и что нас привлекает в них: преступление или разгадка? Не говорит ли в нас первобытная жажда крови, ведь наша собственная жизнь так безопасна, так уютна?

Я откупорила вино. Отвинтила крышку с сальсы. Закурила сигарету. И начала читать книгу, как это делаете сейчас вы. Но прежде чем вы приступите, я обязана вас предупредить.

Эта книга изменила мою жизнь.

И если верно, что детективы призваны служить нам маяком, то почему я не обязана теперь идти на их свет.

Быть замужем за писателем не очень-то весело...

Мне кажется, что, подобно всем гениям, она хотела работать в разных жанрах и приходила в отчаяние, когда издатели требовали от нее писать только про Пуаро.

Подчас, знаете ли, не материальные улики ведут к раскрытию преступления.

В этой истории есть ведьма, есть дракон и есть проклятие, которое невозможно снять...

Проблема с Магнусом заключалась в том, что ему мало оказалось на мне жениться. Ему требовалось мной обладать. Он вскорости ясно дал это понять. Это было все равно как быть частью его имущества: дом, усадьба, озеро, лес и жена.

Слишком много подозреваемых! Но самый главный вопрос заключается в том, убил ли обоих один и тот же человек?

Но меня слухи не волнуют. Я думаю, что люди бывают очень жестокими или бесчувственными. Зачастую это одно и то же.

Убийство меняло все. Оно нарушало размеренный ритм жизни. Настраивало соседа против соседа. В один миг люди переставали доверять друг другу, и двери, остававшиеся обычно открытыми на ночь, запирались на замок.

... ему не раз доводилось слышать его рассуждения про память преступлений, мистическое эхо, которое оставляют за собой горе и насильственная смерть.

Похорон не будет. За свою жизнь он слишком часто видел смерть, чтобы обставлять ее ритуалами и возвеличивать это событие, как будто оно нечто большее, чем просто... переход.

Пюнд встал. Удивительно, но в результате этого он почти не стал выше.

...это особенность жизни в деревне. Тут правит молва.