Дикость, конечно, на бровях зацикливаться, но в последние два года у его ровесниц брови считались главной фишкой, и девчонки изгалялись как могли. Он вообще не понимал, в чем состоит назначение бровей, но уж всяко не в том, чтобы на них глазели. А если всё же на них глазеют, значит, считал он, что-то пошло не так.

Посредственность непредсказуема.

Свидание вслепую, особенно бесперспективное, не сулящее никаких будущих отношений, даёт определенные преимущества. Оно позволяет высказывать необоснованные и непрошенные мнения, а также совать свой нос в чужой вопрос.

Мужчина этот был ей незнаком и не вызывал у нее особого энтузиазма. Звали его Тед, и работал он в издательской сфере. Если Тед представлял собой символ нового завтра, то она бы лучше повалялась в постели до понедельника.

«И до него постепенно дошло, как строится общение: застольная беседа — это не экзамен, который спускают сверху. Она, скорее, подобна вмятине на диванном сиденье, с той лишь разницей, что вмятина показывает форму твоих ягодиц, а беседа — форму твоих извилин.»

Люди бывают двух полов - мужского и читающего.

При прочих равных обычно всё дело решают глаза, и не только потому, что глаза - украшения лица. Глаза - это, как ни крути, самое главное: по глазам сразу видно и умных, и добрых, и юморных, и голодных, причём во всех смыслах: и в прямом, и, что ещё интересней, во всяких переносных, порочных.

— О, с вашими стихами я как раз не знакома. Стоит почитать?
— Если нет желания, то не стоит.
— Ну как же: вы ведь включены в школьную программу.
— Да, слышал.
— И как ощущения?
— Это очень лестно.
— Значит, вам не хочется сунуть голову в петлю?
— Отнюдь! А по-вашему, напрасно?
— Ну, когда столько детей вас ненавидят…