Ногти

В порядке знакомства с надеждами русской литературы погрыз книгу "Ногти" Елизарова. Если после Прилепина я был полон радужных восторгов, то после этой повести малость поостыл. Вполне допускаю в этом и тому подобных творениях бездну таланта, смелость образов, бескомпромиссный взгляд на серую действительность, мастерское владение словом, все что угодно допускаю. Но зачем, зачем там всегда дети-инвалиды из интернатов (Мириам Петросян), бабушки, третирующие внуков (Павел Санаев), изнасилования бутылками и разлагающиеся трупы десантников (Балабанов), пьяные шамкающие старушки с обнаженной грудью (Хржановский по Сорокину). Без этого у нас совсем никак? Я лично устал.

Легкости и напору с которым Михаил Елизаров пишет, можно позавидовать. Как говорится с места в карьер. История о двух мальчиках с физическими уродствами отданными в интернат неизвестными родителями. Они не блещут интеллектом, но при этом оказываются более жизнеспособны чем другие обитатели интерната. Зовут их Глостер и Бахатов( почти как Затворник и Шестипалый). У Бахатова особая связь с темными материями и параллельным миром через его ногти. . А с чем это связано никто не знает. Так видит автор. Люди , с которыми эти двое сталкиваются в интернате и за его пределами , весьма колоритные и неординарные. С некоторыми, автор , руками запредельно сильного горбуна Глостера расправляется по-тарантиновски беспощадно и легко. Кстати по этой книге как и по другим произведениям Елизарова , можно было бы снять отличный фильм. В сюжете есть пара неожиданных сюжетных поворотов и учитывая небольшой объем, этого вполне достаточно. Концовка вполне соответствует ритму и сюжету. Зловещая. мрачная, но закономерная. Траур неделю носить не надо.

После успешного знакомства с  «Землей», решила прочитать остальные произведения Елизарова и начала с дебютной повести.
⠀
Главные герои - два друга, воспитанники интерната для умственно отсталых детей, первый Глостер, от него ведется повествование, он горбатый с рождения, второй Бахатов, у того деформация черепа, а еще, как бы странно это не звучало, он грыз ногти, закапывал их в землю, предсказывал по ним будущее и менял его. Глостер, уже будучи взрослым, как по волшебству стал виртуозным музыкантом, и без ногтевых ритуалов тут не обошлось.
⠀
Вообще, в тексте прямо не говорится, что за магия с ногтями тут творится, фокус в повести направлен на обычную жизнь ребят, которая местами очень мерзкая, несправедливая, депрессивная. Но поискав информацию по разным сайтам, нахожу следующее:

«…среди примитивных народов весьма распространено поверье, что человека можно заколдовать с помощью обрезков его волос и ногтей», «набожные иудеи утверждают, что ногти — это обиталище зла и единственная часть тела, неспособная служить Богу», «…турки также никогда не выбрасывают обрезки ногтей, напротив, старательно вкладывают их в трещины в стенах или в досках в уверенности, что в день воскресения они им понадобятся».

Если вы читали или вдруг захотите прочитать «Ногти», то объяснить ускользающую концовку без колдовства не получается. Мне пришлась по душе любовь Елизарова ко всему странному, мистическому, погребальному, понравилась его образная и четкая манера написания, которая, я бы даже, сказала кинематографичная, по повести вышел бы отличный фильм в духе балабановского «Про уродов и людей», но с добавлением насилия и большего ужаса реальной жизни.

Люблю я порой трэшак почитать,знаете ли. При том,что адекватные рецензии на него тут писать не могу. Потому что если адекватно воспринимать,как все "нормальные люди",тогда "фу,чернуха,мерзость,интернат для уродов,изнасилование,зачем такое вообще писать?!" А если настроиться на трэш,то очень даже цепляет эта история Глостера и Бахатова, особенно тем эпизодом,где Глостер,уже попавший под покровительство Тоболевского,ищет родителей и находит-таки их,просто неимоверное количество находит,причем все они одинаково милые и сердечные,даром что фамилия Глостер дана бедному горбуну "от балды". А таких друзей,как Бахатов,готовый рискнуть жизнью во время страшного ритуала ради того,чтобы у друга все сложилось благополучно,в реальности нашей,неелизаровской вряд ли найдешь (в отличие от издевательств над убогими и насилия),увы. Ну, и Тоболевский со своей идеей-фикс о труппе уродов-неимоверно колоритный персонаж,как ни крути.

Если вы собираетесь читать это — лучше не надо. Отвратительная, тошнотворная, гадкая книга. То, что творится в ней, с самого начала выведет вас из себя. Выбьет из обыденной колеи. А дальше оно станет всё хуже и хуже.
Этот сборник начинается с нескольких простеньких новелл про половые органы, затем разгоняется до историй о испражнениях и, как кульминация, вгрызается в мозг основным рассказом "Ногти". Вот уж где-где, а в нем фантазия автора разыгралась не на шутку: в нем описывается самый настоящий цирк уродцев, ей богу! К тому же главный герой - горбун Глостер слегка наводит на мысли об Алексе из "Заводного Апельсина" своей страстью к классической музыке и склонностью к насилию, но, конечно-же здесь жестокость Александра вполне оправдана. Потом повествование в сборнике снова возвращается к койтусу, сифилису и прочим проявлениям любви.
Ну а для меня самой запоминающейся из всего цикла рассказов стала история о сбежавшем ухе, озаглавленная в книге "Ван Гог" -- да и то, лишь из-за того, что я прочитала её смеясь. Вся фишка в том, что в тот день у меня действительно отказал слух.

В общем, это книга из серии ad marginem и поэтому не стоит нормальным людям о нее руки марать. Все равно же вам не понравится.

отлично помню тот морозный декабрьский день, когда я зашел в книжный магазин перед работой. накануне я получил то ли первую приличную зарплату, то ли аванс какой-то нам дали. одним словом у меня появились деньги и я захотел потратить их на книги. до этого по книжным магазинам я шастал только за учебной литературой. естественно в том 2002 году глаза еще не так разбегались как сейчас от пестрого ералаша обложек и громких имен с не менее громкими названиями. блуждая среди незнакомых имен и названия мои глаза зацепились за "Лёд" Сорокина, про которого я хоть что-то знал. и я решил купить еще одну книгу этого же издательства. поскольку кроме Елизарова других книг не было пришлось купить именно его. с препарированной детской куклой на обложке. в некотором смысле эти две совершенно случайные покупки перевернули если не мою жизнь, то на долгие годы сформировали мои литературные пристрастия. я таких брутальных книг еще никогда в глаза не видел! все образы, которыми была пропитана эта книга, были как и эта дурацкая пластиковая кукла - родом из детства. но с какой тщательностью и изуверством (в хорошем смысле слова! ,) они были препарированы и вскрыты! я до сих пор считал и считаю эту книгу у Миши самой сильной, а заглавное произведение "Ногти" так и вовсе склонен считать его личной недостижимой высотой, взять которую во второй раз ему уже вряд ли удастся.

Автор не нагнетает атмосферу, а рассказывает в легкой чуть шутливой манере, вызывая удивление.
Больше всего привлекает жизненность. Ситуации описаны ловко.
Сюжет не особо впечатлил. Паланик в этом плане злостнее и ужаснее. Один только рассказ "Кишки", чего стоит.
По-моему, вся книга пропитана каким-то черным юмором. Мистикой. А вообще, автор молодец, надо же взять двух странных персонажей (горбуна и урода), наделить их какими-то способностями и завязать сюжет в духе "Короля и Шута", там тоже был горбун со вдовой. Еще напоминает "Республику Шкид". Ощущается дух 90-х, "тогдашняя" идеология и способы выживания.
Рассказ настоящий, а конец пугающий своей холодностью до мурашек поразил.

Сборник «Ногти» М Елизарова вначале воспринимается как что-то однонаправленное Сорокину. Просто исходя из треша и хтони без просвета и конца. Хотя, нет, конец есть, почти везде – физический. Смертушка - главная героиня этого автора. Но плохо ли это? Отнюдь. Вся культура, вся религия, все искусство говорят о смерти. Поставновка предельного вопроса – хороший вектор для творчества. Это масштабно. Вообще, Елизаров из бытовой ситуации умеет перепрыгнуть в тексте за грань, через ужас, отвращение, абсурд – за рамки. А в это достойная цель. Кстати, про отвращение и ужас. По Аристотелю именно это необходимо для достижения катарсиса. К хорошо через плохо. У Елизарова момент перехода, некоторой инициации налицо практически в любом рассказе сборника. Это проза, в которой герои устремлен… в смерть( в предельной точке), и в будущее (инициация и переход в иной статус, в другое состояние).
Про стиль уже много писано-говорено, не буду повторяться. Проза эта скорее для мужчин, чем для женщин (ну, хотя бы в силу избытка физиологии и тяжкой, душной плоти. Тонка женская натура такое обычно не очень жалует). Но, если отбросить сексистские предрассудки, переиначу так: это для тех, у кого багаж в философии и культурологии, кто помнит фрезеровскую концепцию умирающего царя и понимает, что инициация – не просто формальное действие, а система обрядов перехода. Для душнил, короче. Или для любителей треша. Если вы ни тот, ни другой, то лучше не надо. Если один из них, то получите удовольствие. А еще про Елизарова лучше Аствацатурова послушать. Он большой поклонник.