Цитаты из книги Paddington Abroad

Миссис Бёрд никак не могла понять, почему эти непутёвые иностранцы не говорят и не пишут на простом и понятном английском языке.

В этот один-единственный день успело набиться столько приключений, что Паддингтон не мог даже толком в них разобраться - не говоря уже о том, чтобы описать их словами, пусть даже и на очень-очень большой открытке.

Ничто так не возбуждает аппетит, как переполох с медвежьими бумажками!

Он уже не раз замечал, что булочники с большим пониманием относятся к медвежьим проблемам - мистер Крубер утверждал, что это из-за общего пристрастия к булкам и плюшкам, - но как бы там ни было, Паддингтон решил, что только булочник, и никто другой, сможет дать ему подходящий совет насчёт сюрприза, который он собирался преподнести Браунам.

Если бы можно было избежать бед и несчастий, попросту заглянув в стеклянный шар, жизнь была бы куда проще!

Ему с самого начала было ясно, что гадать по лапе, спрятанной в карман, довольно затруднительно, поэтому он заранее вытащил обе лапы наружу. Чтобы мадам Заза было легче их рассмотреть, он начал карабкаться на стол, объясняя по дороге, зачем, собственно, пришёл.

Была там даже фотография гостиницы, на которой он аккуратно пометил крестиком одно из окошек и приписал сбоку: МАЯ КОМНАТА.

Пока дорога шла по побережью, им то и дело попадались маленькие городки, и Паддингтон во все глаза смотрел на машины, непрерывным потоком мчавшиеся по неправильной стороне улицы, и на людей, сидевших за столиками, которые стояли прямо на тротуаре перед входом в каждое кафе.

- Я поначалу не поняла, что ты иностранец, - продолжала она, - а то бы сразу стала говорить с тобой по-английски.

- Иностранец?! - возмущённо воскликнул Паддингтон. - Никакой я не иностранец! Я живу в Англии!

А самое замечательное, что время от времени, когда машина огибала поворот, вдалеке вдруг вспыхивала на миг голубая гладь моря и слышался приглушённый шорох волн, разбивающихся о берег.

Между городами на долгие мили тянулись поля и перелески, и дорога, прямая как стрела, была обсажена тополями. Время от времени на пути попадались крошечные деревушки, где по улицам деловито шагали мужчины в синих комбинезонах и сновали  женщины с длинными батонами в руках.

Мистер Браун очень любил устраивать всякие конкурсы и состязания: они, по его представлениям, были занятием безобидным и успешно отвлекали от чего похуже.

Паддингтон шёл точно во сне. Приятно, если день начинается с хорошей новости, но когда в одно и то же утро тебя берут покататься на яхте и одевают в новый костюм, это уж, что называется, даже слишком.

Ночью идея показалась ему просто замечательной, но, как и все "пододеяльные"идеи, в ярком свете дня как-то полиняла и выцвела.

Вот почему так хорошо быть медведем. С медведями всё время что-нибудь приключается!

С задумчивым выражением на мордочке Паддингтон вернулся к Браунам, которые пили кофе на тротуаре перед гостиницей; следующие четверть часа он был ужасно рассеян и несколько раз макал лапу в чашку с какао, перепутав её с банкой мармелада.

Паддингтону показалось очень занятным, что можно получить приз, просто-напросто скатившись быстрее всех с горки, и он уже в который раз пожалел, что поблизости нет мистера Крубера, который рассказал бы ему про велосипеды поподробнее.

Паддингтону совсем не хотелось, чтобы его вздёргивали на рее - что бы это такое ни было, - поэтому он снова уткнулся в инструкцию, решив проверить, не пролистнул ли ненароком какую-нибудь важную страничку, но в инструкции не оказалось специальной главы о том, как убирать поставленную палатку, а уж о том, как вызволять запакованных адмиралов, и вовсе не было ни слова.

Паддингтон любил книжки с инструкциями, особенно такие, в которых много картинок, а в этой их оказалось предостаточно. На обложке красовался дяденька, который бодро вбивал деревяшки в землю, и хотя на дяденьке были шорты, а сам он выглядел этаким добродушным толстяком и ни капельки не походил на тощего и сердитого адмирала, Паддингтон сразу понял, что толк с этой книжки будет, и немалый.