Твоими глазами

Ад!.. Это - место, где нет энергии Творца, где невозможно творить...

Врачи - это разжалованные жрецы, - смеялся отец. - Левиты служили Богу единому, а мы - больному человеку.

Нью-Йорк – это не Америка и даже не особая страна, это гигантский межгалактический лайнер, искрящийся и мчащийся вне времени и пространства, врачующий раны и дающий новую жизнь и память.

Всё зависит от того, чьими глазамина мир смотрит камера и где находится её фокус.

...документальное кино - такой же вымысел, как и художественное.
⠀
Всё зависит от того, чьими глазами на мир смотрит камера и где находится её фокус.

Долг, честь и жизнь во имя дела, которому ты служишь – это были те три точки, через которые проходила плоскость семьи Герцевых.

Возможно, и зеркальные близнецы когда-либо преодолеет разделяющую их черту и поймут, что миром всё-таки правит любовь.

«Картины, фотографии, киноленты могут передать только впечатление, и то не "твоими" глазами»

Время героев уходит, наш закрытый мир начинает трещать по швам, люди хотят жить по своей воле, а не по чьей-то указке…

Джон открыл от удивления рот. Молодой советский парень знал об американской культуре больше, чем обычный американец. Вот тебе
и закрытая страна. Советские люди не ведали, что такое виски, сигареты «Мальборо», автомобиль «Форд», джинсы и многое другое, но любили джаз, рок-н-ролл, читали Марка Твена и Хемингуэя. Американец почувствовал себя, как Алиса в стране Зазеркалья из сказки Кэрролла Льюиса.

В Америке Советский Союз воспринимался исключительно как страна зла, где
людей мучают и пытают, где ценность человеческой жизни стремится к нулю. Уникальные кадры он мог бы снять только сейчас, возможно, впервые показав остальному миру открытых, искренне радующихся советских людей, танцующих исмеющихся так же, как французы, итальянцы
или американцы. Главное, советские были нормальными, они были обыкновенными людьми. И вот это являлось настоящей сенсацией, которую Джон не смог запечатлеть!

я стал совсем другим человеком. Да, другим. Чтобы вернуться обратно, мне необходимо было сжечь себя прежнего. Изменить частоту своей души...

«..обнялись и слились друг с другом, словно нож и хлеб».

Вечные соперники-братья – живущий и живущий вопреки другому, в одном времени и в разных пространствах. Им, чтобы принять и понять друг друга, надо слиться, преломить пространство, как будто лист бумаги, по черте, разделяющей зеркальных близнецов.