Цитаты из книги Frankenstein oder der moderne Prometheus

What you create can destroy you.

Неизвестность в тысячу раз хуже самого страшного несчастья.

Прощай! Покидая тебя, я расстаюсь с последним, которого увидят  эти глаза. Прощай, Франкенштейн!

Я бросился туда, откуда раздался голос; но демон ускользнул от меня.  Показалась полная луна и осветила уродливую, зловещую фигуру, убегавшую со скоростью, недоступной простому смертному. 

Мне нужно существо другого пола, но такое же отвратительное, как и я. 

Так кто же я? Задавая себе этот вопрос снова и снова, я мог отвечать на него лишь горестным стоном. 

Я брожу здесь уже много дней; ледяные пещеры, которые не страшны только мне, служат мне домом — единственным, откуда люди не могут меня изгнать. 

О Франкенштейн, неужели ты будешь справедлив ко всем, исключая лишь меня одного, который более всех имеет право на твою справедливость и даже ласку?

После всех мук, которые я пережил и переживаю, как может смерть казаться мне злом?

Ничто так не тяготит нас, как наступающий вслед за бурей страшных событий мёртвый покой бездействия - та ясность, где уже нет места ни страху, ни надежде.

Друзья детства, даже когда они не пленяют нас исключительными достоинствами, имеют над нашей душой власть, какая редко достается друзьям позднейших лет.

Странная вещь - познание! Однажды познанное нами держится в уме цепко, как лишайник на скалах. Порой мне хотелось стряхнуть все мысли и чувства, но я узнал, что от страданий существует лишь одно избавление - смерть, а ее я боялся, хотя и не понимал.

У меня же отчаяние проникло в самую глубину души; во мне горел адский пламень, который ничто не могло загасить.

Ей казалось, что всякое развлечение оскорбляет память мертвых; что невинно погибших подобает чтить слезами и вечным трудом.

- Я ждал такого приема, - сказал демон. - Людям свойственно ненавидеть несчастных. Как же должен быть ненавидим я, который несчастнее всех живущих!

Ты бросил зажженный факел в здание, а когда оно сгорело, садишься на развалины и сокрушаешься о нем.

Remember that I am thy creature; I ought to be thy Adam, but I am rather the fallen angel, whom thou drivest from joy for no misdeed.

Я лелеял высокие помыслы о чести и самоотверженности. Теперь преступления низвели меня ниже худшего из зверей. Нет на свете вины, нет злобы, нет мук, которые могли бы сравниться с моими. Вспоминая страшный список моих злодеяний, я не могу поверить, что я — то самое существо, которое так восторженно поклонялось Красоте и Добру. Однако это так; падший ангел становится злобным дьяволом. Но даже враг Бога и людей в своем падении имел друзей и спутников, и только я одинок.

«Негодяй! — сказал я. — Что же ты пришел хныкать над бедами, которые сам же принес? Ты бросил зажженный факел в здание, а когда оно сгорело, садишься на развалины и сокрушаешься о нем. Лицемерный дьявол! Если бы тот, о ком ты скорбишь, был жив, он снова стал бы предметом твоей адской мести и снова пал бы ее жертвой. В тебе говорит не жалость; ты жалеешь только о том, что жертва уже недосягаема для твоей злобы».