La Divina Comedia

Насилье ближний терпит или сам,
Чрез смерть и раны, или подвергаясь
Пожарам, притесненьям, грабежам.
Убийцы, те, кто ранит, озлобляясь,
Громилы и разбойники идут
Во внешний пояс, в нем распределяясь.
Иные смерть себе несут
И своему добру; зато так больно
Себя же в среднем поясе клянут
Те, кто ваш мир отринул своевольно,
Кто возлюбил игру и мотовство
И плакал там, где мог бы жить привольно.
Насильем оскорбляют божество,
Хуля его и сердцем отрицая,
Презрев любовь Творца и естество.

Кто недостойно тратил и копил,
Лишен блаженств и занят этой бучей;
Ее и без меня ты оценил.
Ты видишь, сын, какой обман летучий
Даяния Фортуны, род земной
Исполнившие ненависти жгучей:
Все золото, что блещет под луной
Иль было встарь, из этих теней бедных,
Не успокоило бы ни одной.

Мы тихо шли сквозь смешанную грязь
Теней и ливней, в разные сужденья,
О вековечной жизни углубясь.
Я так спросил: "Учитель, их мученья,
По грозном приговоре, как - сильней
Иль меньше будут, иль без измененья?"
И он: "наукой сказано твоей,
Что, чем природа совершенней в сущем,
Тем слаще нега в нем, и боль больней.
Хотя проклятым людям, здесь живущим,
К прямому совершенству не прийти,
Их ждет полнее бытие в грядущем".

День уходил, и неба воздух темный
Земные твари уводил ко сну
От их трудов; лишь я один, бездомный,
Приготовлялся выдержать войну.

- Коль тех мы судим столько лет подряд,
Кто любит нас, - он женщине ответил, -
Какую кару тем, кто зло творит,
Избрать нам предстоит на этом свете?

Рожден от мощных предков, в древнем блеске
Из славных дел, и позабыв, что мать
У всех одна, заносчивый и резкий,
Я стал людей так дерзко презирать,
Что сам погиб, как это Сьена знает
И знает Кампаньятико вся чадь.

Родится человек над брегом Инда; о Христе ни слова
Он не слыхал и не читал вовек;
Он был всегда, как ни судить сурово,
В делах и в мыслях к правде обращён,
Ни в жизни, ни в речах не делал злого.
И умер он без веры, не крещён.
И вот, он проклят, но чего же ради?
Чем он виновен, что верил он?
Рай

Теперь ты леность должен отмести, -
Сказал учитель. – Лежа под периной
Да сидя в мягком, славы не найти.
Кто без нее готов быть взят кончиной,
Такой же в мире оставляет след,
Как в ветре дым и пена над пучиной.

Раз, два страдает молодая птичка,
А оперившихся и зорких птиц
От стрел и сети бережёт привычка.
Земной рай

Стреляй же смело,
Раз ты свой лук напряг до острия!
Чистилище