Цитаты из книги Черный Белый

Преданность - это безусловно, хорошая штука, но в критических ситуациях она слишком часто оказывается лицемерным притворством. Поэтому я редко ценю преданность, если это поверхностное качество.

В Гродже срочные проблемы решались моментально, а несрочные - почти моментально.

В стремительно развивающихся ситуациях человек способен отключать все эмоции и действовать механически, пользуясь лишь зрением, слухом, обонянием и осязанием. Адреналин помогает находить выход из ситуации.

Пока мы с братом ходили за сумкой, я подумала, что это забавно - одинаково опасаться теперь и мутантов, и людей.

Интересные создания - люди. Сначала я была в шоке, потом в полном отрицании. Но когда оно прошло, я поняла, что охотник - именно тот, кем я должна быть.

Запомните, здесь практически все хотят вас убить: одни затем, чтобы съесть; другие - чтобы отобрать все, что у вас имеется. Самое важное - это всегда оставаться начеку, всегда быть готовым к опасности. Если можете украсть авто - крадите. Если можете кого-то... убить... прежде чем убили вас, то убейте. Только так!

Мне было очень страшно. И наступал момент, о котором говорил Дэвис, тренер на полигоне, когда страх казался сильнее желания сражаться. Но нельзя было верить этому. Если ты боишься – это нормально. Если ты боишься до смерти, то смерть наступит с минуты на минуту.

Если сдохнуть, то вместе – ужасный девиз, но какой есть!

То, что она близкий родственник, не дает никакого права, вести себя как хочется. Любые отношения – это постоянный труд, будь то мать, сын, дочь, брат или любовник. Любой человек должен добиваться уважения и уметь поддерживать его.

С ней даже поговорить не о чем, и она не понимает мой юмор. Вечно обижается или хлопает глазами, как утка.

Потом все крики исчезли, как и свет... Я вроде умерла.

Теперь она будто оживала и раскрывалась. И я не знала, как к этому относиться: прежняя мама меня не устраивала, но я хотя бы ее знала. Эту новую маму-воительницу я не знала вообще. Может быть, она даже меня пугает!

– У нас еще есть дела, поэтому прощаемся. Хорошего вечера!

– Пойдешь и помочишь еще людей перед сном? – мило спросила я.

– Кроме этого есть еще несколько вещей, которыми можно заниматься ночью. – ответил он и подмигнул, отчего я фыркнула.

Поцелуи - это отличная терапия от злости.

– У вас здесь еще один дом есть?

Но повернувшись к нему, было понятно, что ответа на этот вопрос я не получу. Он пристально смотрел на меня, еле сдерживая ухмылку.

– Прекрасно! Не хочешь – не отвечай!

– Именно так я и делаю.

Из маминого рассказа стало очевидно, что у выживших людей было немного выбора: либо работать в Сфере за гроши, но в защите от мутантов, либо идти за стену (чему безопасники особо и не мешали) и выживать собственными силами. И от безысходности люди привыкли быть рабами... как в далеком прошлом.

Неизвестность пугала намного жестче, чем очевидная угроза.

– Ты уже скучаешь по своему бойфренду? – подразнил меня брат.

– Он никакой мне не бойфренд! – огрызнулась я.

– Стив вероятно бы с этим не согласился. Он был влюблен в тебя, сколько я его знаю.

– Ну, тогда понятно, почему он решил так безропотно помочь мне, когда я спросила, можно ли своровать таблетки

Погрузившись в мысли, сама не заметила, как замедлила шаг.

– Что такое? Патруль? – насторожился Дэйтон.

– А? Нет! Я просто... задумалась. – пробурчала я.

– Очень вовремя, детка! – фыркнул Дэйтон. – А ты не могла бы позже заняться этим дерьмом, раз уж втянула нас в приключения?! Давай дойдем до пункта А, а после вместе подумаем о жизни, идет? Теперь двигай задницей, черт возьми! – он практически орал шепотом.