Неясный профиль

Каждый видел другого только в профиль и никогда не любил.

Он не знал, что безразличие возвращается точно так же, как возвращается любовь. Не знал, что время играет в странные игры, развлекаясь неожиданными поворотами, которые всегда озадачивают участников; и в один прекрасный вечер ты будешь смертельно желать того или ту, кого отправил к дьяволу десять лет назад.

Существует тип людей, куда более распространенный, чем принято думать, которые обретают равновесие и силу только на поле боя.

Полное отсутствие опасности и было опаснее всего.

Есть люди, которым это необходимо, всю свою жизнь они нуждаются в разрешениях и запретах. Теперь, например, они имеют право заниматься любовью вшестером, но зато должны непременно бросить курить.

Снова во мне поселилось теплое существо - я сама, и теперь у моих шагов было направление, у слов - смысл, и то, что я дышу, теперь тоже имело свое оправдание.

Великое благо - смех...

Двусмысленность его ответов была простой формой вежливости.

Худшее в разрывах то, что люди не просто расстаются, а расстаются каждый по своей причине. Быть такими счастливыми, накрепко связанными, такими близкими, что кажется, есть одна истина на свете: жить только друг для друга – и вдруг сбиться с пути, потеряться, отыскивая в пустыне следы, которые уже никогда не пересекутся.

Ещё до него я узнала, что солнце горячее, шелк мягкий, а море соленое. Я так долго спала - я даже думала, что состарилась, а оказывается, ещё не родилась.

Самые беззащитные жертвы оказываются самыми свирепыми палачами.

Не раз в моей жизни я была счастлива вместе с кем-то, и так было чаще всего, как будто, чтобы открыть, поймать эту крошечную молекулу счастья, нужен микроскоп из двух пар глаз.

На секунду я прониклась к ней сочувствием. Алан - её единственный сын, и несмотря на профиль хищной птицы, быть может, под этим оперением от Сен-Лорана бьется материнское сердце?

Гордыня – порождение таланта, а чистота и непреклонность в этой области прикрывают всегда бессилие и неудачливость

Классический случай влюбленного, когда все скрытое или противоречивое, что он открывает в любимой женщине, расценивается им как признак человечности.

Я люблю тебя. Уходя, мне хочется привязать тебя к ножке кровати и умащать сандалом, когда возвращаюсь. Я хочу, чтобы ты был счастлив и свободен, и одновременно мне хочется, чтобы здесь (она показала рукой на середину груди) у тебя что-то переворачивалось, когда ты думаешь обо мне.

Ему следовало бы знать: если кто-то говорит: «Я люблю тебя», это относится лишь к данному моменту, сиюминутному желанию того, кто говорит, а никак не вашему;

В любви самое большое преступление, самое большое предательство - представлять себя с другим, мечтать о другом.

Каждому хочется, чтобы на него обернулись, когда он идет по улице; чтобы кто-то беспокоился, когда ему не спится, чтобы кто-то его понял, если он рассмеялся или заплакал. А если он счастлив, чтобы кто-то ему завидовал. Может, именно поэтому каждый разрыв, каждый развод так мучителен. Дело не в том, что человек лишается любимого, своего дополнения или своей противоположности, а в том, что он лишается "другого", свидетеля, этих непрерывно включенных микрофона и камеры.