Цитаты из книги Агент КФ

...Нет ничего глупей, чем пустая трата времени.

У Белогурочки была замечательно организованная нервная система - она переживала ровно столько, сколько необходимо. Ни секунды более. Дополнительные тревоги, которые с помощью воображения взваливает на себя цивилизованный человек, ее не мучили.

– Ты думаешь, они не отравят суп? – спросил вслед Жан. – Жрать хочется смертельно. – Не отравят. Ему нужно железо. Он очень горд собой. Победители не травят побежденных. Они просто пляшут на их костях.

- Он умный человек... Он сознает свою историческую задачу. - Если историческая задача - грабить и убивать, то осознать ее не сложно.

Рыбу тоже нельзя вытаскивать из воды, даже если можешь подарить ей отдельный дом на суше.

- Где здесь восток? - Восток везде там, где встаёт солнце.

Ты достигаешь понимания на одном уровне, ты бьёшься за него только затем, чтобы за следующим поворотом увидеть человека, стоящего на голове. Почему вы стоите на голове, спрашиваешь ты невинно, ведь у тебя дома люди не стоят на голове. Этот же человек, не меняя позы, выпускает в тебя смертельный луч, потому что ты оскорбил его своим вопросом.

Хорошо герою приключенческого романа. Он обязательно перетрет узы о кстати попавшийся корень и на быстром коне умчится навстречу ветру, где его ждут друзья.

ждать – самое бессмысленное занятие на свете.

Слова старика были тяжелыми, их можно было держать в руках и ощущать вес.

Когда претендент в диктаторы терпит поражение, он не сразу, не вдруг теряет сторонников и слуг. Особенно в тех случаях, когда в мозгу этих людей надежно внедрена уверенность в его всесилии. И потом, когда карточный домик власти рассыпается, отдельные валеты и девятки еще по инерции продолжают держаться туза и выполнять его безумные приказы, даже если они понимают их бессмысленность.

...нельзя давать знания всем. От знаний получается беспокойство, а от беспокойства – вражда и неутоленность.

...Ни один компьютер в Галактике не даст ответа на вопросы, которые нельзя сформулировать.

<...> если ты решил поверить кому-то, то все, что знал раньше, можешь подвергнуть сомнению.

Нагота мало занимающегося спортом, очень цивилизованного человека — была нескромной.

И потому Гера выбрала третий путь. Она села в кресло и решила подождать, что будет дальше. Решение ничего не делать успокоило. Это было все-таки решение.

– Ваша милость, – вмешался в спор Крони. – Если случится, как мы хотим, то не будет грязных и уродливых людей. – Ах, перестань, – отмахнулась Гера. – Всегда кто-то остается наверху. И если вы гнилые снаружи, то мы – внутри. Вот и вся разница.

Если посчитать, сколько труб залатал Крони, сколько прорывов нашел, сколько намотал изоляции и сколько прочистил пробок, то можно сказать, что Крони нужнее, чем сам господин директор Калгар.

- Знаешь, как кличут нашу планету в Управлении Исследований? Эвур. Эв-ур - Эволюционный урод. Здесь все сразу - триас и мезозой, кайнозой и хомо сапиенс. Новые виды здесь появлялись, а старше не вымирали. Этого не может быть, но это случилось.

Андрей отмахнулся от шмеля размером с кулак. Тот обиженно взревел, но отлетел. — Они не кусаются? — спросил Андрей. — Вылечим, — ответила Ингрид обнадёживающе.

Машина неприхотливая: поел травки - снова в путь.