На самом деле в манипулировании людьми и заключается суть всех взаимоотношений в обществе. Что делает мужчина, когда ищет внимания юной леди? Ну? Конечно, пытается манипулировать ею, чтобы добиться ее благосклонности. Что происходит, когда два старых друга решают выпить вместе? Они рассказывают истории, стараясь произвести впечатление на собеседника. Всю жизнь человек тщится показать себя в выгодном свете и получить власть над другими.

— Я могу очаровывать людей одним своим видом, но при этом сам не верю в то, что говорю и делаю.

— Ну да, счастливы и богаты.
— Эти слова — синонимы, Хэммонд.

Безжалостность важнее всех эмоций.

... Все было сном, мечтой. Я ребенок, выросший в тени, девочка, удел которой — одиночество.

Как понять мир, в котором главарь шайки переживает за своих людей?

— Лучшие лжецы — как раз те, кто почти все время говорят правду.

Стоит чего-то добиться - и у тебя сразу появятся друзья.

Ферон присмотрелся к Вин, заметил ее окровавленную губу. Вин отвела взгляд. Глаза Ферона задержались на ней, изучая с головы до ног. На Вин была простая белая рубашка с пуговицами и широкие штаны. Вряд ли она могла показаться соблазнительной: тощая, с лицом подростка, она не выглядела даже на свои шестнадцать. Впрочем, некоторые мужчины предпочитают именно таких женщин.

Ее раны болели, но она не собиралась показывать свою слабость. Слабость убивает. Она должна сделать вид, что не замечает боли.

- Мой дорогой друг, - возразил Бриз, - весь смысл жизни в том и состоит, чтобы так или иначе заставлять других делать то, что должен делать ты. Разве ты не знаком с основами экономики?

- Мы воры, дорогой мой, а не политики! Судьба народов - не то, на что мы готовы тратить время.

Иногда Кельсеру казалось, что в жизни скаа-полукровок, туманщиков, главным является не выжить, а выбрать подходящее время для смерти

"Когда ты в одиночестве, тебя ни кто не предаст".

— Ты будешь собирать рассказы о Кельсере?

— Разумеется, — кивнул Сэйзед. — Я собираю все религии.

Вин фыркнула.

— Мы сейчас не о религии говорим, Сэйзед. Мы говорим о Келе.

— Не согласен. Для скаа он определенно религиозная фигура.

— Но мы-то знали его! Он не был ни пророком, ни божеством. Он был обычным человеком.

— Думаю, многие божества и пророки были точно такими же людьми, — тихо сказал Сэйзед.

Такая страсть и такая ненависть могут обмануть кого угодно.

Я хочу, чтобы меня забыли. Погрузиться в безвестность. Это было бы просто чудесно.

Только посмотрите… каждый старается убедить другого, что ситуация чрезвычайно опасна, и при этом упорно отказывается слушать.

Придворная дама просто обязана быть немного неточной. Это заранее приучает джентльмена к будущим капризам супруги…