Память Вавилона

“Мы. Это коротенькое слово вызывало у девушки незнакомую доселе дрожь”

“Без сомнения, Торн – самый загадочный человек, которого она когда-либо встречала, но именно рядом с ним в ней начинала бурлить жизнь.”

Оба чопорно сидели

Офелия заставила замолчать все свои мысли, одну за другой, дуя на каждую, как на огонек свечи.

В какой момент мы перестаем быть людьми и превращаемся в предметы?

– Упала со стремянки? – удивленно переспросила Офелия, ожидавшая чего-то более драматического. – Вот уж действительно не повезло…
Элизабет рассеянно кивнула, покусывая кончик карандаша.
– Да, наверно, miss Сайленс так и подумала за миг до смерти.

Леди Септима посмотрела на нее. Хотя нет, глагол «смотреть» был неприменим к ее глазам. Взгляд Леди Септимы буквально расчленял девушку. Он проник сквозь шаткие стекла ее очков, вычислил, с точностью до миллиметра, степень расширенности зрачков, углубился в ее вены, зафиксировал сбои сердечного ритма, изучил обмен веществ во внутренних органах, рассмотрел, одну за другой, каждую молекулу ее тела.

Внушала ей антипатию

Быть достойной еще не значит победить.

Рассказывать о прошлом, утаивая факты о войне, значит искажать историю.