Таня Гроттер и колодец Посейдона

Пусть кто-то еще вякнет, что моя фигура далека от идеала! Это убогий идеал далек от моей фигуры!

Шумел камыш. Деревья гнулись. Ночка темная была. Короче, пейзаж. А пейзажи в приличных книжках принято или пропускать, или списывать у Тургенева, зная, что их все равно пропустят.

Но то, что мы упорно стараемся забыть днем, тем упорнее приходит к нам ночью.

Много восклицательных знаков – первый признак истерички.

Ты во всем жаждешь абсолютного совершенства. Уж любовь так любовь, дружба так дружба – и чтобы никаких полумер, и чтобы все с заглавной буквы. А жизнь-то как раз и есть полумеры.

И казаться лучше, чем мы есть. Наверное, это главное в жизни: казаться лучше и поступать лучше, чем ты есть, погребая все худшее внутри себя и не позволяя ему вырваться наружу.

Но кто я такой, чтобы лезть в чужие дела, да еще и забесплатно?

- я с женщинами не спорю. бесполезное занятие.

- В общем мораль такая: дружи, люби, да только слишком больших надежд не  возлагай и спиной не поварачивайся. Мало ли что? Вдруг обнаружишь там столовый ножик и три гробовых гвоздя. Ясно тебе?

- Я обиделась? Ничуть. Самое глупое, что может делать человек, это обижать и обижаться, - сказала она.