Цитаты из книги Մատեան Ողբերգութեան

Настоящее ничто, Прошлое покрыто мраком, Будущее неопределенно

Собранье песен сих, где каждый стих
Наполнен скорбью черною до края,
Сложил я - ведатель страстей людских,-
Поскольку сам в себе их порицаю

И сонмы сил, недобрых и благих -
Любовь и гнев, проклятья и молитвы, -
Блистают острием мечей своих
И дух мой превращают в поле битвы!

меня разрушить легче, чем исправить

Днесь, поистине, не желанней ли,
Согласно пророческой книге провидца,
Никогда не быть созданным в утробе [матери]
И не обрести образа [человеческого] во чреве,
Не появляться в [муках] родов
И не достигнуть света жизни,
Не быть вписанным в число людей
И не вырасти, не возмужать,
Не украситься благолепием лица
И не обрести способности говорить,
Нежели быть захваченным [в плен] грехами,
Столь жестокими и ужасными,
Что расплавится даже твердь скал,
Не то что [слабое] тело?

Коли чье-либо сердце будет уязвлено муками сомнений,
В благоволении своем исцели его для жизни этими молитвами.

Коли кто падет духом от скорби и ослабеет,
Пусть в надежде на тебя снова встанет он
Опираясь на стенания сии.

Не приближай, Господь, мой смертный час,
И мой последний вздох не торопи Ты,
Чтоб я без очищенья и защиты
Не отошел в путь дальний, ждущий нас.
Я жив надеждою, как смертный каждый,
Не дай испить мне желчь когда возжажду,
Пусть не придет мой смертный час во сне,
Как вражие нашествие ко мне.
Пусть лихорадка не охватит вдруг
Моих корней, не пережжет случайно,
И пусть безумье иль другой недуг
Моей душой не овладеет тайно.

Я сердцем хмур, устами злоречив.
Мой слух неверен, взор мой похотлив.
Моя рука готова смерть нести,
Моя нога сбивается с пути.
Я не оставлю по себе следа,
И воля к благу у меня шатка,
Зло крепко, добродетель не прочна.
Божественный Завет я позабыл,
Указанный запрет я преступил.

Я к Господу, безумный, не взывал;
Чем шел быстрей, тем глубже увязал,
Стремясь к величию, терял я веру,
К безмерному стремясь – утратил меру.
Терял я большее, чем находил,
Был осторожен – лишь себе вредил.
Идти старался прямо – спотыкался,
Стремясь за лишним – нужного лишался.
Избавился от меньшего из зол,
Но гибельные страсти приобрел.
То, что искал, считал всего дороже, –
Не стало оправданием моим.

Что я скажу пред тем, как умереть?
Мои деянья скудны, страсти – странны.
Из ничего мой скарб, из ветра снедь,
Усилья тщетны, радости обманны.
Когда настигнет смерть, то силы зла
Пред справедливостью должны склониться
И заповедь, что мне дана была
Для жизни – лишь для смерти пригодится.

Я хуже всех, моя грезовна суть.
В грязи желаний я погряз по горло.
Земные страсти мне сжигают грудь.
Нетвердый разумом, иду нетвердо.
Над глиняной обителью моей
Дожди не утихают проливные,
А слабый дух мой – глины не прочней,
Соблазны мира – не добрей стихии.

Мгновенной смертью правят силы злые.
Как скот бессмысленный и бессловесный,
Мы исчезаем вдруг во мраке бездны,
Не осознав сей жизни пустоту.
Мы умираем и не ужасаемся,
Мы исчезаем и не удивляемся,
Мы даже в час последний не смиряемся.
Отлучены бываем – не терзаемся,
Порокам предаемся и не каемся,
Соблазнов низких не остерегаемся,
Всему предпочитая суету.

Достоин казни я, творящий зло.
Боль, посланную с неба, на земле
Приемлю я, погрязнувший во зле.
Что ждет меня, заранее известно:
Как кучи плевел, превращусь я в дым.
И возвещает снова глас небесный
О том, что мой недуг – неисцелим.

Я – город, но без башен и ворот.
Я – дом, где нету очага зимою.
Я – горькая вода, и тех, кто пьет,
Я не способен напоить собою.

Я – сад, который высох и заглох.
Я – поле, тучное травою сорной.
Я – нива, что предуготовил Бог,
Но почву дьявол распохал проворно.

Я – древо, потерявшее плоды.
Годящееся только для сожженья.
Я – саженец, засохший без воды,
Светильник, потерявший дар свеченья.

Я не оставил по себе следов,
И свет погас, и догорел огарок.
Мой слабый ум немногое постиг
Я потерял возможность постиженья,
И онемел греховный мой язык
Без права отвечать на обвиненья.
Чадит лампада тусклая моя,
Мое напоминая нераденье,
И стерто имя в книге бытия,
И вписаны укор и осужденье.

Скорблю, что дух и разум не едины,
Что на добро надежды нет в сердцах.
Скорблю, что создан человек из глины,
Замешенной на низменных страстях.
Скорблю, что нас, людей, наш ум усердный,
Не сделал совершеннее скотов,
И грязью мы отмечены, и скверной,
И памятью содеянных грехов.

Мы, смертные, пленяемся ничтожным,
И не умеем мы глядеть вперед,
И в поединке истинного с ложным
Неистинное верх берет.
И боль утрат идет вослед за нами,
И всюду тьма и пелена у глаз,
И приговор возмездья пишет память
В суде сознанья каждого из нас.

Растратил я, гонясь за наслажденьем,
Свой драгоценный дар, пропал мой труд.
Пусть Божьей справедливости каменья
Меня, греховного, нещадно бьют.
Я путь прошел, но свет моих трудов
В потемках неусердья был не ярок.