За радугой

Книга- это все, что у меня есть.

Ненавижу, когда ко мне прикасаются. Просто когда кто-то трогает меня, мне кажется, что душа этого человека проникает в мое тело сквозь поры, просачивается в кровеносные сосуды и так далее. А я терпеть не могу чувствовать души других людей; ненавижу – у меня своя душа есть.

Я всегда думала, что самое красивое в мужчине – это его руки. Руки, которыми можно покрасить белой краской стену с граффити. Руки, которыми можно носить деревянные и бетонные блоки, строить здания, офисы, рабочие места, налаживать жизнь. Руки, которыми можно чинить автомобили и мотоциклы. В которых можно держать красную розу. Писать на бумаге. Курить сигары. Потрясающе. Руки, которыми можно обхватить ладонь девушки и покрыть ее поцелуями.

Детей нельзя дрессировать. Это не собаки, которые будут приносить палку по первому зову. Дети – как львята или тигрята, они рычат и кусаются. Пытаться приручить их – так глупо…

Можно смело назвать меня наркоманкой. Зависимой от собственного безумия.

Словно снова ощутила твердую почву под ногами. Я больше не боялась. Ничего. И перестала слушать голоса в голове.

Да, когда-то я была нормальной, доктор. Была. Слушала идиотские песенки по радио, улыбалась, когда ни попадя, и все такое прочее. Я была милой маленькой девчушкой с невинными мыслями. А потом улыбка стерлась с моего лица. И я перестала слушать песенки про любовь. Их заменили голоса в моей голове.

Я и есть неприятность. Неприятности томятся в моей душе. Проблемы я ем с хлопьями на завтрак. Я никогда не буду беспроблемной.

ТЫ красивая. Но в тебе слишком много ярости.

Я была одержима демонами, которые обещали мне золото, бриллианты и счастье.

В тот же день я поняла свою дьявольскую сущность.

Вылечите меня! Дайте таблетки, от которых мне станет лучше! Положите меня в больницу и не выпускайте оттуда, пока не вылечите! Пожалуйста! Помогите мне ради моей матери! Сделайте так, чтобы она снова любила меня, как раньше!

У меня была мама, книги, и в глубине души я думала, что всё в этом мире хорошо. Я пыталась цепляться за эту идею – да, мир прекрасен, Блю, мир прекрасен. Но сложно цепляться за надежду, когда она так часто поворачивалась к тебе спиной.

Я знаю Бога. Я видела Его. Я знаю Сатану. Я и его тоже видела. И пила с ними чай. И нет, я не сумасшедшая. Нет. У меня есть доказательства. Сатана. например, поинтересовался, пью ли я чай с сахаром, и мне нет смысла лгать. Да и зачем? А вот Бог не предложил мне ни сахара, ни молока. Просто протянул чашку, и все.

Там, за радугой светлой, там, вдали,
Есть страна, о которой пела мне ты.
Там за радугой светлой - небеса-синева.
И мечты все становятся явью всегда

А я терпеть не могу чувствовать души других людей; ненавижу – у меня своя душа есть.

Всякий раз, когда тебе становится страшно, я хочу, чтобы ты помнила: уничтожить твой страх может только любовь. Но ни в коем случае не позволяй ей уничтожить твою смелость.

Детей нельзя дрессировать. Это не собаки, которые будут приносить палку по первому зову. Дети – как львята или тигрята, они рычат и кусаются. Пытаться приручить их – так глупо

Разве это не потрясающе – убить того, кто убил тебя?

Я хотела написать его имя на рекламных щитах, вырезать на всех деревьях, шептать его всем окружающим по ночам. Стоять на платформе, провожая поезда, с пустой чашкой для подаяния в руке и петь его имя. Я хотела укрыть себя его именем. Утонуть в нем. Я хотела писать его на каждой странице всех моих блокнотов снова и снова.