Цитаты из книги London

«Когда странник собирается в путь, он готовит корабль, намечает маршрут и ставит парус. Что еще ему делать? Но он не знает исхода – ни бурь, с которыми встретится, ни земель, которые откроет, ни того, вернется он или нет. Это судьба, и должно ее принять. Никогда не надейся убежать от судьбы».

Жизнь не обязана укладываться в твои представления.

Да и в любом случае христианство, какой бы ни была его истинная природа, провозглашало смирение и упование на лучшую загробную жизнь, а потому, конечно же, являлось религией рабов и бедняков.

Сторонники короля, считавшие невозможным посягнуть на принцип престолонаследия, удостоились даже клички. Их прозвали тори, что означало "ирландские бунтовщики". Они, в свою очередь, наградили противников короля не менее грубым эпитетом: виги – "шотландское ворье".

Люди торгуют ради прибыли. Ими движет алчность. Но долг сопряжён со страхом, а страх сильнее алчности. Долг — истинная власть, оружие, превосходящее всякое прочее. Глупцы охотятся за золотом. Мудрый изучает долги. Это ключ ко всему.

И если в этой упорядоченной Вселенной Земля находилась в центре, то было ли на земной поверхности место, достойное именоваться фокусом всей системы? В этом пункте мнения широко разнились. Одни называли Рим, другие - Иерусалим. Христиане Востока могли выдвинуть Константинополь, сарацины - Мекку. Но коренной лондонец, будучи спрошен, ответил не задумываясь. Все это никакие не центры Вселенной. Центром был Лондонский мост.

Трудно отрицать тот факт, что человечеству в своем большинстве нравится наблюдать за повешениями.

Осторожность - залог выживания.

Человек может возвыситься к славе и удаче, а после пасть - столь же быстро. Или наоборот. Это значит, что жизнь подобна колесу, все-то вертится. И учит нас смирению. Ибо пусть мы взлетим - нас могут и низвергнуть.

Простые души - они благороднее.

Маска позора - штука неприятная. Невоздержанных на язык женщин иногда приговаривали к ношению небольшой железной клетки. крепившейся на голове и снабженной металлическим кляпом. который обездвиживал язык. В таком виде этих горлопанок водили напоказ. как в колодках, в которые заключали иных злодеев.

Красивые дубовые елизаветиские постройки свидетельствовали о благополучии владельцев.

Но, как обычно бывает в политике, истина была где-то далеко и к тому же не слишком важной; считалось лишь то, во что верил народ.

Выжить в таком испытании почти невозможно. Для доказательства своей невиновности он должен был утонуть.

-Ты не дурнушка, – внушила она дочери. – Мужа себе найдешь. Но мужчинам не нравятся слишком умные женщины, а если уж так получилось, то лучше это скрывать.

Это слияние саксонской и датской культур нигде не происходило столь успешно, как в разраставшемся порту, ныне известном как Лондон. Он находился на старой границе между саксонской и датской Англией, а потому культуры объединились самым естественным образом. Хотя общегородской сход у старого креста возле собора Святого Павла, куда трижды в год сзывал большой колокол, оставался саксонским фольксмутом, собрание отцов города, управлявших торговлей, именовалось на датский манер: хастингс.

Откровенная ложь не является ложью, если оправдывается галантным отношением к даме.

Я слишком стар, чтобы сдаться. Если старик сдается, он умирает.