
Электронная
199.9 ₽160 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Увы, порадовать своим очередным романом Злотников может разве что самых упорных фанатов. Первая проблема «Рассвета» заключается в чудовищной идейной вторичности. Рассуждения о Долге, Чести, Законе и Совести — именно так, с большой буквы и непременным придыханием! — безусловно имеют право на жизнь, но не в том случае, когда пафосные монологи кочуют из цикла в цикл, из тома в том, из главы в главу и так до тех пор, пока читатели не вызубрят наизусть высокопарные речи героев. Вторая проблема связана тоже со вторичностью, но уже сюжетной, поскольку еще в романе «Виват императору» была описана утопическая схема выращивания новой элиты общества, сочетающей выдающие физические способности, высокий интеллект и моральную стойкость, далее эта схема кочевала по другим циклам, например: «Руигату», «Рыцарям порога». Но главная беда романа в другом.
Больше всего «Рассвет» похож на сочинение по заказу деструктивной секты, которое напичкано до краев экстрасенсорикой, восточными методиками и энергетической эзотерикой. За комплексом упражнений под названием «Столп Величия Духа» так и маячит «Сторожевая Башня». От постоянно повторяющихся догматов: «лишь практика есть мерило истины», «будь достоин» и «можешь — делай!» — удушающе тянет примитивнейшим НЛП, строго по стареньким методичкам, которые не использовал еще только ленивый. Если в том же «Виват Императору» особые способности прошедших обучение обосновывались действительно фантастическим допущением о наличии особой расы, тайно сосуществующей с людьми, а в фэнтезийных мирах присутствовала магия, то в данном цикле Злотников и Корнилов ударились в столь нарочитое подражание эзотерическим практикам, что собственно фантастики в книге почти не видно, если не считать таковой конспирологическую теорию о Хранителях, скрыто управляющих нашей цивилизацией.
Но что же предлагают читателям соавторы? Почти каждый время от времени сталкивается с агрессией, наглостью, алчностью людей, которые привыкли к безнаказанности в силу занимаемой должности или немалого состояния. Сталкивается и вынужденно отступает, поскольку против системы не пойдешь и проще отвернуться или выполнить требования, чем добиваться правды с риском для здоровья, кошелька и даже жизни. Соавторы бесхитростно давят на чувство справедливости, любовь к правде и честности, рисуя общество, где ложь, честолюбие и нажива исчезнут в принципе. Прекрасная затея! Но отчего-то в идеологии и методах Олега Трегрея, урожденного дворянина из другого мира, проскальзывают неоднозначные моменты. Например, перевоспитание народа Трегрей считает делом малоперспективным, предпочитая подготовку «новой элиты». А ведь Шварц не зря писал, что важнейшая работа — убивать дракона в людях, в каждом, пусть это занятие и хуже вышивания.
Говорить о персонажах не имеет особого смысла, поскольку это марионетки-функции, отыгрывающие шаблонные роли и отличающиеся лишь стилизацией речи и мыслей — под уличный жаргон, под блатняк, под архаичный говор и так далее. Сторонники Трегрея — лишенные сомнений, почти непогрешимые супермены. Противники — жадные и глупые взяточники, эгоисты и бандиты. Пожалуй, к достоинствам можно отнести лишь политическую сатиру на властные структуры и оппозиционные партии, в которой соавторы проходятся по всем типажам, живописуя особенности провинциальных нравов.
Итог: посредственная утопия, склеенная из эзотерики, политики и пафоса.

… Но Грач только посмеивался в ответ. В принцип бумеранга он не верил. Потому как нелогичный какой-то этот самый принцип. Если б за каждое дурное дело человека от высших сил ожидало наказание, тогда б и дурных дел никто творить бы не стал. Повывелось бы зло на земле. Кто ж будет другим гадить, если точно знает, что гадость к нему вернется?..

собственный метод соблазнения потенциальных покровительниц, к которому он пришел долгим путем проб и ошибок. Главное – никогда не нужно рядом с женщинами молодиться, лезть из кожи, юным козликом прыгать. Напротив, необходимо вести себя так, будто ты много старше, чем на самом деле, демонстрировать суровую стариковскую степенность: подсчитывать копеечки, ворчать на правительство, в который раз за год взвинтившее цены на все, что можно и нельзя, порицать молодежь и каждую вторую фразу начинать с присказки: «Вот в наше время, помнится…» А потому что любая женщина желает смотреться на фоне своего спутника моложе и легкомысленней.

– А я, – подхватил тему Гаврила Носов, – раз проснулся с похмелюги, зенки протер, гляжу – батюшки, где я? Вокруг какие-то приборы с проводами, огонечки мерцают, где-то двигатель шумит, окна типа иллюминаторов больших, и за ними темнота. И наклоняется ко мне мужик и на ломаном русском говорит: «Сохраняйт спокойстфие! Ви ест зохвачены в плен и находитез на германскэ подводнэ лодкэ!» Я, прямо не вставая, снова вырубился. Потом выяснилось, меня на «скоряке» в отрезвиловку везли, на улице подобрав. Фельдшер с юмором оказался… Вот с тех пор я тоже уже ничего не боюсь…
















Другие издания


