Давай поедем в Уналашку

Взрослые вечно так: говорят что-то, а сами не понимают, что это значит.

«Интересно, почему одно и то же время в разных обстоятельствах имеет разную длину?»

- Морковкин, перестань. Я неважно выгляжу.

• Наоборот. У тебя очень важный вид.

  стр. 85

Современное искусство (...) Никогда не знаешь, это действительно круто или полное фуфло.

стр. 70

Надо предупреждать детей перед первым классом: то, что будет дальше, не кончится никогда. Желательно сообщать об этом сразу после рождения: наверное, тогда бы все дети лезли обратно в животы к своим мамам, сидели бы там тихо и никуда не высовывались. Нет, я понимаю, что школа в конце концов заканчивается, но ведь к этому времени ты уже старый, а твои игрушки отдали тем, кто родился позже тебя.

Теперь плохая новость. Каникулы закончились, и снова началась школа. Мне кажется, было бы честно предупреждать детей перед первым классом: то, что будет дальше, не кончится никогда. Желательно сообщать об этом сразу после рождения: наверное, тогда бы все дети лезли обратно в животы к своим мамам, сидели бы там тихо и никуда не высовывались. Нет, я понимаю, что школа в конце концов заканчивается, но ведь к этому времени ты уже старый, а твои игрушки отдали тем, кто родился позже тебя.

Например, мама любит меня зацеловывать. Но бабушка говорит, что это а) негигиенично, а б) что я мужчина, а мужчину нельзя зацеловывать. Может, она случайно зацеловала дедушку до смерти, а потом уничтожила его останки?

Я замер над тарелкой с самым трагическим видом. Это, кстати, очень просто. Глаза стекленеют и смотрят в одну точку. Губы сжаты: важно говорить очень тихо, почти беззвучно.

Я бы хотел, чтобы за моим окном ездили поезда

– Настоящий контемпорари арт. – Чего-чего? – Современное искусство, – пояснила она. – Никогда не знаешь, это действительно круто или полное фуфло.