Красное и черное

А безумство выбрать себе мужа за его личные достоинства не грозит сделать тебя посмешищем только тогда, когда ты располагаешь громадным состоянием. 

Малейшее проявление чувствительности было в её глазах чем-то вроде моральной нетрезвости, которой должно стыдиться и которая сильно роняет чувство собственного достоинства, подобающее человеку высшего общества.

Чем больше они, стремясь угодить ей, изощрялись в изящном острословии надо всем, что не принято и что осмеливается уклоняться от моды, тем больше они роняли себя в её глазах.

- Да разве требуется какой-нибудь ум, чтобы рубить саблей? - возразила мадемуазель Сент-Эридите, кузина Матильды. - Но уж если кому это довелось, так они вечно только об этом и рассказывают.

"Робкий наглец", - говорил про него г-н де Круазенуа.

Блистательные проходимцы уже исчезли, остались только особы, украшенные орденами.

Два часа ожидания тянулись для неё словно два столетия непрерывной пытки.

Слово дано человеку, чтобы скрывать свою мысль.(преподобный отец Малагрида,эпиграф к одной из глав романа ''Красное и черное'')

Кто сказал бы мне, что я буду с восторгом проливать слезы? Что буду любить человека, который меня убеждает в том, что я дурак!

Эта философия, возможно, была недалека от истины, но она была такого рода, что от неё хотелось умереть.

Но у г-жи де Реналь вовсе не было охоты разбираться во всех оттенках мрачного недовольства своего супруга.

Единственное, чего они будут опасаться, умирая, — это погрешить против хорошего тона. 

Кто оправдывается, тот сам себя выдает.

... стоит только человеку сделать глупость, как он пытается тотчас же сослаться на свои добрые намерения.

Поймите же, что всегда ссылаются на свои чувства, сделав глупость.

Всяк за себя в этой пустыне эгоизма, называемой жизнью

Почему от меня требуют, чтобы я сегодня думал то же самое, что я думал полтора месяца тому назад? Если бы это было так, мое мнение было бы моим тираном.

Любовь - амор по-латыни,
От любви бывает мор,
Море слез, тоски пустыня,
Мрак, порока и позор.

Счастье, тайком украденное у хмурой судьбы.