Часовые любви

Я уже очень давно не покупала стихов, но тут не удержалась. И выяснилось неожиданно, что половина песен моей жизни - его, Булата Шалвовича. Что я могу, листая страницы, читать их наизусть. И "Полночный троллейбус", и "По Смоленской дороге", и "До свидания, мальчики"... И "Лошадка", и даже "Пиратская лирическая". Более того, как оказалось, в этом сборнике еще не все стихи Окуджавы, которые я знаю. Полбалла скидываю за "поздние" стихи, исполненные горечи, но - это был конец 90х, старость, и поэта можно понять, а вот составителей - нет. Многие прекрасные строки в этот сборник не включили, а вот "Через два поколения..." обязательно надо было? А во всем остальном - издание достойное, и бумага, и обложка.

Играйте, оркестры, звучите, и песни, и смех.
Минутной печали не стоит, друзья, предаваться.
Ведь грустным солдатам нет смысла в живых оставаться,
А пряников, кстати, всегда не хватает на всех...

Булат Окуджава широко известен и любим. Давайте вспомним «До свидания, мальчики», «Грузинская песня», «Ваше благородие госпожа разлука», «Здесь птицы не поют, деревья не растут», «Пожелание друзьям»… Есть в сборнике стихи, мне мало известные (может подзабытые). Про собачку, которую подобрал сын на улице, та отоспалась, отъелась и многого ей захотелось. И был в доме пудель, старый и деликатный, интеллигентный… Зацепило это стихотворение. Поздние произведения вызвали наибольший интерес. У Бродского есть эссе «Как читать книгу», в котором он пишет:

«…я бы ставил на обложках книг не только имена их авторов, но и точный возраст, в котором они написали то или иное произведение, чтобы дать возможность их читателям решать, хотят ли читатели считаться с информацией или взглядами, содержащимися в книге, написанном человеком настолько моложе или - коли на то пошло - настолько старше их».

Конечно, с этим высказыванием можно поспорить, но все чаще замечаю, что мне ближе мысли людей поживших, немного уставших, зачастую разочарованных в человечестве (видимо и сама старею). И в этом сборнике для меня было важно услышать поэта в возрасте, в конце пути. Ниже выдержки из поздних стихотворений:

Через два поколения выйдут на свет
люди, которых сегодня нет.
…
Им будет робость моя чужда,
они раскованней будут и злей...
Зависть, ненависть и вражда
взойдут над просторами их полей.
1997
Да, старость. Да, финал. И что винить года?
Как это всё сошлось, устроилось, совпало!
Мне повезло, что жизнь померкла лишь тогда,
когда мое перо усердствовать устало!…
1996
…И с грустью озираю землю эту,
где злоба и пальба.
И кажется, что русских вовсе нету,
а вместо них толпа…
1996
Меня удручают размеры страны проживания.
Я с детства, представьте, гордился отчизной такой.
Не знаю, как вам, но теперь мне милей и желаннее
мой дом, мои книги, и мир, и любовь, и покой.
А то ведь послушать: хмельное, орущее, дикое,
одетое в бархат и золото, в прах и рванье -
гордится величьем! И все-таки слово «великое»
относится больше к размерам, чем к сути ее.
1995
Осудите сначала себя самого,
научитесь искусству такому,
а уж после судите врага своего
и соседа по шару земному.
Научитесь сначала себе самому
не прощать ни единой промашки,
а уж после кричите врагу своему,
что он враг и грехи его тяжки.
Не в другом, а в себе побеждайте врага,
а когда преуспеете в этом,
не придется уж больше валять дурака —
вот и станете вы человеком.
1990