Цитаты из книги Перелом

- Самое важное, - сказал он очень серьезно, - построить самого себя. Как бы жизнь тебя ни искалечила, сделать себя человеком. Не оглядываясь на то, кем ты был и кем стал. Если ты разрушен, построить себя нового, может быть, не таким, как был. Но на прежнем месте. В прежнем теле, если оно живо...

Поменьше думайте о своей драгоценной персоне. Не бойтесь быть смешной, неуклюжей, жалкой. Бойтесь быть эгоистичной.

Вообще давать легче, чем брать. На то, чтобы брать, надо больше великодушия.

Один из уроков, вынесенных мной из жизни: счастливый человек, довольный собой, гармонично сливающийся с миром, распространяет свое счастье и на других. Счастье заразительно, как и горе. Горе лучше скрывать, счастье — выказывать.

Приятельницы в бабьих разговорах советовали не упускать времени, "устроить свою жизнь". Позорная формула! Как будто жизнь женщины, если она без мужа, "не устроена"... А у самих-то "устроенных" разве хорошая жизнь? У той муж пьет, у другой - болен, у третьей - бабник... Каждого накорми, обстирай, обслужи! Завидовать тут нечему...

Всю жизнь запоем читала медицинские книги. Кто про мушкетеров, а я про гнойные осложнения после огнестрельных ранений...

Сегодняшние старики редко бывают мудрыми. Большинство суетится до самой смерти.

В глубокой древности какой-то святой, великомученик, которому отрубили голову, взял ее под мышку и так, с головой под мышкой, прошел некое расстояние (может быть, сто лье) от одного города до другого. Кому-то рассказали об этом чуде, а тот резонно ответил: "Расстояние неважно, важен первый шаг".

Пока человек жив - у него есть будущее.

"... Правда. Правда... Нужна ли человеку такая правда? Одному нужна, другому - нет. Самые сильные духом готовы выслушать правду. Другим это только кажется, просят сказать им правду, а сами в глубине души хитрят, ждут обмана..."

Всё больше я становилась ему подвластной. Это тоже было частью любви. Где-то я читала: чем самостоятельней женщина, тем больше ей хочется подчиниться...

- Думаю, вам не приходилось переживать серьезных горестей. - Почему вы так думаете? - По глазам. Настоящее горе оставляет след в глазах.

Феминизированные профессии — это чаще всего невыгодные, изнуряющие, непрестижные. Учителя, врачи — почти сплошь женщины. А те, в оранжевых робах, ворочающие шпалы и рельсы на путях, — мужчина-руководитель стоит покрикивает... А домашний труд — отупляющий, неизбывный... Работа, дом, вечная нехватка времени — скольких женщин они надломили, преждевременно состарили!

Все-таки я женщина, хотя и потесненная врачом.

Вещизм — от изобилия, уважение к вещам — от трудовой жизни. Уважают не вещи, а вложенный в них труд.

Современная Анна Каренина, трудовая. Такая бы не испортила жизнь Вронскому своей глупой ревностью. А та все приставала: ты меня меньше любишь, чем раньше... Мужчины таких разговоров не переносят.... Хорошо еще, что в те времена не было телефона: она бы умучила его звонками... Жалко стало Вронского — ну прямо до слез... Бедный Вронский...

Инфаркт — пожалуй, самая милосердная из смертей.

Уважение к вещам - не вещизм. Вещизм - от изобилия, уважение к вещам - от трудовой жизни.